Этот день я провёл шлясь по торговому центру и таская пакеты за Лидией. Потом мы украшали ёлку, пили горячий шоколад её собственного приготовления и смотрели Один дома по телевизору.
И я готов поклясться чем угодно, что это был саамы лучший предрождественский период в моей жизни.
43. Лидия.
Я помню своё прошлое Рождество. В том году я организовывала что-то вроде небольшого приёма для своих друзей. Ну, из моих друзей там были только Лукас и Макс, остальные были мои одногруппники, с которыми я более-менее общалась. Тогда я потратила около недели, чтобы подготовить меню, украсить всё, приготовить и сделать так, чтобы у всех было хорошее и праздничное настроение. К десяти все уже разошлись и оставшиеся праздники, я провела на диване с остатками еды и милыми фильмами про любовь.
В этом году всё было в сто крат лучше. И праздничного настроение у меня хватало и на следующий год. Для начала в этому году я была не одна. Всеми организационными вопросами и подготовкой мне помогал заниматься Хардин. Ладно, помогал он не особо, потому что он даже подарки упаковать не мог. Он больше часа мучился с одной коробкой, прежде чем я преодолела смех, сжалилась и отправила его на кухню нарезать картофель. К сожалению, в этом он тоже не особо преуспевал. И это всё и делало настолько милым, что каждую секунду, когда я смотрела на Хардина, я сильнее и сильнее влюблялась в него. А куда уже сильнее? Я и так полностью принадлежу ему.
Когда я уже почти заканчивала с праздничным ужином, к нам пришли Джин и Макс, а через полчаса к нам присоединился Боб. Также я позвала Лукаса с Дженни. Он всё еще был очень важен мне. Конечно, теперь я понимаю, что не любила его. Точнее любила и люблю сейчас, но я заблуждалась о природе этих чувств. Лукас был неотъемлемой и важной частью моей жизни. Она был моим лучшим другом, старшим братом, которого у меня никогда не было. А Хардин был главным мужчиной моей жизни. Он был моей истинной любовью, моей душой и сердцем. Он был всем, о чём я даже не смела мечтать. Точнее смела, но никогда бы не осмелилась признаться даже себе.
И теперь этот замечательный мужчина был моим. Сидел на полу в колпаке Санта-Клауса и распаковывал подарки, а ведь сам недавно говорил, что не особо любит праздновать Рождество после смерти Алекса. И не мне его суди. После смерти мамы и лишения Софии я тоже не особо это любила, но сохраняла старые традиции в честь них. Знаю, что они бы безумно расстроились, если бы я перестала праздновать.
Когда мы все сидели за столом и смеялись над очередной шуткой Боба (это были очень глупые и пошлый шутки, но всё равно безумно смешные), в дверь постучали.
— Мы ждём кого-то еще? — Спросил меня Хардин.
— Если только ты не пригласил кого-то еще. — Ответила я и встала из-за стола, чтобы открыть дверь.
— С Рождеством! — Громко закричала София, когда я открыла дверь. Я была в таком шоке, что даже не понимала, что моя сестра стоит передо мной в красном свитере и с широкой улыбкой на губах. Здесь. Она была здесь, передо мной. — Если ты сейчас меня не обнимешь, то я буду думать, что ты не рада меня видеть.
— О Божечки мой! — Закричала я и бросилась к ней на шею, чуть не уронив, от чего Соф лишь засмеялась.
— Вот это уже другое дело. — Радостно сказала она.
— Но как?.. то есть… я конечно же безумно рада тебя видеть. Это самый лучший подарок на Рождество, который я только могла получиться. Но как это получилось? Я… я же только недавно говорила с твоим врачом и он сказал, что сможет что-то решить только после праздников! Это же… о господи!
Эмоций было больше, чем я могла вынести. Я уже сама не понимала, что говорила или что хотела сказать. Я просто была рада, что София была здесь, со мной. И это казалось таким нереальным, что я боялась, что она возьмёт и исчезнет сейчас. Я обниму её, а потом — раз! — и я уже обнимаю лишь воздух.
— Успокойся, милая, — сказала Соф, когда у меня потекли слёзы по лицу. Боже, теперь я казалась себе такой гупой. Устроила семейную сцену на глазах у всех и еще расплакалась в придачу.
— Твоя сестра вернулась, — сказал Хардин, обнимая меня со спины. — Так что никто здесь не может тебя винить.
Глупая привычка!
— Не подумай, что я не рад тебе, — сказал Хардин. — Но я не знал, что ты вернёшься так быстро.
— В этом вопросе нужно сказать большое спасибо нашему папе, — София посмотрела на меня и широко улыбнулась увидев шок на моём лице. Я конечно знала, что папа не возражал против её возвращения и даже хотел помочь мне. Но как он в этом сейчас поучаствовал? — Он приехал в клинику и с помощью своего прекрасного обаяния и большого кошелька смог сделать так, чтобы на Рождество у нас с тобой был самый лучший подарок на свете. Он привёз меня сюда.
Я просто обняла её еще раз. Эмоций и ощущений было гораздо больше, чем я могла вынести. Моя София была здесь и это был действительно самый лучший подарок из возможных.
Спасибо Хардину за то, что он понял мой шок и попытался хоть как-то организовать всё. Он принёс для Соф стул, столовые приборы, предложил ей закуски, потом ухаживал за мной, пока я сидела и тупо смотрела на Софию, пытаясь осознать, что она, чёрт возьми, здесь, рядом со мной. Проклятье, у меня же даже подарка для неё не было.
— Думаю, для Соф самый лучший подарок — ты. — Тихо прошептал мне Хардин на ухо, а я в очередной раз покраснела, из-за того, что говорила вслух. — Бэмби, расслабься. Мне кажется, все сейчас хорошо проводят время.