— На что вы, ваша светлость, готовы пойти, чтобы этого не произошло? — шут уже не улыбался. Из его голоса пропала вся приторная веселость.
Маршал слегка расправил плечи и подобрался. Он понимал, что прямо сейчас Кико, словно тот серый ворон из древней баллады, передает ему слова короля.
— Я помню свои клятвы и не собираюсь нарушать их, — ледяным тоном ответил Эдуард. — И выполню любой приказ моего государя. Либо же умру, пытаясь.
— Ренар неспроста собрал у себя в марке сыновей предателей, — продолжил шут, не меняя интонации. — И королю он об этом не докладывал. Поэтому его величеству важно знать, для кого именно вы, ваша светлость, собрали армию на западе.
Заметив, как подался вперед герцог, Кико произнес:
— Как я уже говорил, король верит вам, ваша светлость. Именно поэтому он поручает вам задержаться в столице еще на некоторое время, чтобы выяснить, что именно задумал маркграф де Валье. Полагаю, за то время, пока вы находились в Бергонии, вы с Максимилианом успели подружиться. Уверен, вашего опыта хватит на то, чтобы распознать в мальчишке врага или верного вассала его величества.
На губах шута снова заиграла кривая улыбка. Он отвесил герцогу неуклюжий поклон. Бубенцы на его колпаке и одежде неприятно звякнули.
— Благодарю вас, ваша светлость, за любопытную беседу, — произнес он. — За сим позвольте откланяться. Я и так уже злоупотребил вашим терпением и вниманием. Оставляю вас в более приятной компании.
Кико метнул хитрый взгляд за спину герцога и спрыгнул с бортика фонтана. Смешно переваливаясь на коротеньких ножках, он посеменил по гравийной дорожке в сторону королевского дворца.
Эдуард тоже обернулся и увидел Луизу, стоявшую в двух десятках шагах от него. На ее лице читалось беспокойство и напряжение. Герцогиню де Клермон, первую леди опочивальни ее королевского величества сопровождали три придворных дамы. Лица которых Эдуард видел впервые.
Кико поравнялся с дамами и отвесил свой шутовской поклон. Что-то при этом сказав. Видимо, что-то смешное, раз на лицах девушек появились улыбки. Луиза де Клермон, в отличие от своих сопровождающих, не улыбалась. Казалось, она вообще проигнорировала королевского шута.
Герцогиня демонстративно отвернулась от горбуна и пошла к своему супругу. Придворные дамы было попытались последовать за ней, но Луиза, не глядя на них, лишь взмахнула своим веером, и девушки остались стоять на месте.
Когда они поравнялись, герцог улыбнулся и поцеловал протянутую руку супруги. Луиза тоже улыбалась. Непроницаемая маска первой фрейлины королевы исчезла, и на Эдуарда смотрела его милая Лулу.
— Новые седины, — произнесла она и провела пальчиками по его виску.
Затем, приложив свою ладошку именно к тому месту, где у герцога было ранение, добавила взволнованным голосом:
— Как ты, мой Эду?
— Не поверишь, — тепло улыбнулся герцог. — Даже шрама почти не осталось. Мальчишка Ренар — настоящий кудесник. Мы обязательно должны пригласить его к нам. Он не обычный, но тебе понравится. Ты ведь любишь загадки.
При упоминании Максимилиана лицо герцогини изменилось. Эдуарду даже показалось, что ей было приятно услышать о его спасителе.
— Я знаю, где ты хранишь все свои шрамы, — ладонь Луизы легла на его грудь прямо напротив сердца. — Боюсь, сегодня я добавлю еще несколько…
— О чем ты говоришь, милая? — изумился герцог.
Луиза ловко расправила свой веер и обмахнула себя несколько раз, изображая взволнованность. При этом так вышло, что ее лицо на мгновение скрылось от взгляда ее спутниц.
Герцогиня кивком указала на девушек и быстро начала говорить:
— Молчи и слушай. Не смотри по сторонам. Это новые фрейлины королевы. Приказ короля. Специально подобраны этим мерзким горбуном. Одна из них очень ловка. Может читать по губам.
Эдуард, не проронив ни слова, внимательно слушал супругу, при этом он продолжал тепло ей улыбаться.
— Милый, у нас мало времени. Ты помнишь тайнопись, что я придумала для нас еще до того, как наши отцы дали согласие на наш с тобой брак?
Эдуард молча кивнул. Мать Луизы потом призналась ему, что даже нанимала специального человека, чтобы тот расшифровал письма Эдуарда, но тот так и не смог разобраться с тайнописью, придуманной Луизой. В тот день Эдуард особенно гордился своей умной супругой.
— Ты командуешь легионом отступников, я служу королеве, которая в близком родстве с врагом ее мужа. Мы с тобой под колпаком этого мерзкого горбатого поганца. Нам нельзя сейчас оступиться. Особенно, когда судьба нашего рода…