Адашева молчала, и это было так странно, что Лиза нахмурилась и тихо ахнула.
– Ев, не может быть! Не верю! Неужели Макс тебе изменил?! Он ведь так тебя любит…
– Ага, и так любит, и этак, при этом врал и встречался с другой. Лиз, но ведь это тоже измена, правда? Даже если секса не было, если они просто пили вино, а Макс мне соврал, что работал в офисе – это предательство, так ведь?
– Вот скотина! И чего ему не хватало?! Вы такая замечательная пара…– вспыхнула Лиза, невольно повысив голос. На парочку, сидящую за дальним столиком, сразу начали поглядывать другие врачи клиники. Прикрыв рот ладошкой, Китаева смотрела на подругу, не зная, как помочь. Что слова? Они – не таблетки, боль не снимут, от проблемы не избавят. – И что теперь? Что ты решила?
– Пока ничего. Хочу посмотреть, что будет дальше. Лиза, я ведь его люблю. Очень, – Ева едва слышно всхлипнула, промокнула салфеткой подступившие слезы. – Если найду подтверждение измены, то подам на развод. Делить нам нечего, так что разведут за сутки.
– Да уж, ломать – не строить, – согласилась Китаева. – Подашь электронное заявление и свободна, а Макс получит уведомление, что ты ему не жена. Неужели ты не будешь претендовать на денежную компенсацию или его долю в бизнесе?
– Не буду. У меня есть профессия, она прокормит. Если Макс мне изменяет, то ничего у него не возьму.
Знала бы девушка, сколь пророческими окажется ее слова, и как дословно будут исполнены желания…
– Слушай, а поехали с нами на пейнтбол после работы? – оживилась Лиза. – Побегаем по лесу, постреляем. Голову проветришь, развеешься, а потом домой вернешься. Нам в команде как раз не хватает одного человека.
Хм… сценка, в которой она расстреливала обнаженного Адашева шариками с краской, моментально возникла перед глазами блондинки.
– Я бы ему сердце черным замазала, гаду такому, а яйца в красный цвет разрисовала и желтенького добавила. На Фаберже не похоже, но под хохлому вполне сойдет, – пробубнила блондинка, подтягивая поближе тарелку со спагетти. – Превратила бы этого мерзавца в коврик для твистера. Пусть радуется, что его там не будет, а иначе…
Лиза молча смотрела на подругу и была счастлива: план сработал, Ева отвлеклась от проблемы и даже начала улыбаться. Пейнтбол – любимая игра Пашки Китаева, и, если она поможет подруге, то все буду счастливы.
– Спасибо тебе за приглашение, Лиз, с удовольствием пойду. Я сегодня такой нытик, но буду исправляться.
– Судя по взгляду, ты уже распяла и расстреляла Макса сто раз, и каждый был смертельным, – хихикнула Лиза.
– Это точно. И знаешь, мне полегчало, – отозвалась Ева, притягивая подругу за плечи. Девушки шли по коридору. Пациенты занимали места на мягких диванчиках, стоящих вдоль стен, врачи возвращались после обеденного перерыва. Жизнь продолжалась. – Лизка, что бы я без тебя делала?
– Вызвала бы Макса на дуэль на зубочистках и укокошила ударом в сердце, – от души расхохоталась Китаева. – Ладно, возвращаемся к работе. Ты только не задерживайся, хорошо? Я сейчас напишу Пашке, что ты с нами, он закажет дополнительный комплект обмундирования.
– Договорились. После работы я бегу к тебе и выезжаем.
Девушки разошлись в коридоре, каждая пошла к своем кабинету. До начала приема оставалось десять минут, когда ожил телефон Евы. Звонил Максим.
– Ева, я забронировал столик в твоем любимом итальянском ресторане. Заеду в шесть. Поужинаем, потом можно прогуляться по парку.
Все понятно. Адашев начал готовить контр–наступление и создавать благоприятную атмосферу. В душе Евы заворочалась тревога
– Я не хочу, Макс. Спасибо за предложение, но нет. На этот вечер у меня другие планы.
В любой другой ситуации она рассказала бы мужу о приглашении на пейнтбол, но сегодня решила промолчать. Прошло несколько мгновений, когда в трубке вновь зазвучал голос подполковника.
– Хорошо, дорогая, как скажешь.
Это было неожиданно. И странно. И вообще… Да ну нафиг! Ева встряхнулась и подошла к зеркалу.
– Ну что, педиатр Адашева, в бой! Покой нам только снится! О грустном я подумаю в другой раз.