Стас
Уля. Девочка из моего больного прошлого. И вот судьба снова сталкивает нас лбами.
Только теперь не как влюбленных, а как… Родственников. Иронично, не правда ли?
Потому что однажды моя дорогая Ульяна выбрала не меня. Она выбрала Виктора, решив,
что он для неё более выгодная и значимая партия.
Все эти годы я тайком следил за её жизнью в соцсетях. Ульяна не особо активно
распространялась о своей жизни, но пары фото мне было достаточно, чтобы понять, что
она вполне себе удачно вышла замуж за Виктора и родила от него сына. Бывшая словно
назло мне это сделала. Как будто бы это был её какой-то план, насолить мне, сделать
больно. Сделала. Еще как сделала. Она будто бы знала, в каких мы с Виктором
находились в отношениях. Лютая ненависть, презрение, равнодушие. С самого детства мы
с братцем вели войну.
Никак не могли поделить любимые игрушки. Никак не могли поделить любимую мать,
которая металась между нашими отцами как между двумя огнями. Затем в ход пошли
девушки. Витек со своей стеснительностью и робостью всегда стоял в стороне. А я, в
отличие от него, был вовсе не из робкого десятка. И поэтому все внимание женского
пола забирал себе. Братец злился. Я это видел. Чувствовал. Но он, в силу своего
тихого зажатого характера, вида не подавал. Затем общий бизнес, который я решил
честно разделить и уйти в свободное плавание, дабы ни в коей степени не зависеть от
братца. Даже на дом не стал претендовать, ибо нечего мне было в нём делать. Слишком
много ненужных воспоминаний. Но жизнь иногда преподносит неприятные сюрпризы.
Банкротство. Конфискация имущества. И вот на тебе, у меня больше нет выхода, кроме
как явиться в этот проклятый дом, где меня встречает бывшая девушка с малышом на
руках. Не моим родным. Всего лишь племянником.
Знала бы она, каково мне находиться рядом с ней наедине в одном доме. Чего стоит не
наплевать на все условности и не наброситься на Улю диким зверем. Потому что ничего
не забыто. Я все ещё помню. Я все еще помню вкус ее губ, тепло ее тела.
И хотел бы повторить. Но не могу. Не имею, сука, права. Потому что прошлое должно
быть в прошлом. Но я какого-то хрена до сих пор им живу.
Одна глупая ссора. Неделя ледяного молчания. Я бухал, как проклятый, переживал,
сходил с ума. А Ульяна игнорировала меня. Развлекалась с братцем. Я должен
ненавидеть ее за это. Презирать. Чувствовать лишь холодную пустоту. Но нет… Один ее
взгляд, и меня бросает то в жар, то в холод. Эти пронзительные зеленые глаза, словно
пытаются заглянуть в самую душу. Хотят что-то сказать, но молчат. О чем она думает?
Помнит ли она нас? Вспоминает? Чувствует?
Хотя какое мне дело. Это временный этап моей жизни. Поживу здесь какое-то время, а
потом свалю в закат. Забуду об этой лисе, которая даже спустя годы умудрилась
вскружить мне голову. Но она никогда, слышите, никогда не узнает, что я до сих пор
по ней торчу.
Знаю, что это больное, нездоровое чувство. Стремно. Такой, как я, никогда ни от кого
не зависел. Но с Ульяной случилось всё да наоборот. Другие девки мимо. Все мимо. Не
цепляют. Не интересуют. Одна ночь. И досвидос.
Наверное, именно поэтому я так сильно злюсь на бывшую. Даже не из-за того, что
выбрала другого. А потому, что так прочно засела внутри. Гребаная пиявка, которая
намертво присосалась к сердцу.
Но ничего. Надо будет, вырву её прямо с этим бесполезным органом, который приносит
одни проблемы.
Ночь хреново сплю. Вся эта суета с полицией, попыткой ограбления и откровенная пижама
бывшей так и не дали мне спокойного сна. В особенности последнее. Вот, что больше
всего не давало мне покоя. Эти проклятые торчащие соски, просвечивающиеся сквозь
тонкую шелковую ткань… Меня бросает в жар от этих воспоминаний. Я проклинаю свою
слабость, свою одержимость ею. Мне нужно убраться отсюда. Срочно. Пока я не наделал
глупостей. Но для того, чтобы начать выстраивать свою жизнь заново, по кирпичикам,
нужно дождаться братца. Ненавижу унижаться, но придется, другого выхода нет.
Предложу выкупить свою долю. На эти деньги начну заново строить бизнес. Я парень не
глупый, быстро раскручусь. И заживу снова по полной. Без терзающих мыслей об Ульяне.
Да пошла она к черту, стерва.
Ловлю себя на мысли, что лучше бы Витек все это время был дома, тогда у меня был бы
хоть какой-то стоп-кран. А когда мы остаемся с его женой наедине, это чревато
последствиями. Боюсь, что долго не продержусь. Особенно, если эта сучка будет