— Прости, ну уж больно она сочная, только глянь на нее.
— Да вижу я.
— Ну что? Оставляем?
— Да нет, конечно.
Вадик только раздосадованно качает головой.
— Иди отсюда, — говорю я девчонке, — можешь набраться грязи где-нибудь в другом месте, потом возвращайся. Сегодня я тебя трахать не буду.
Эта не плачет. Она гордо разворачивается и уходит, покачивая бедрами.
Глядя ей в след я даже немного жалею. Но тут же отбрасываю это чувство.
Остальные были вообще не похожи на то, что я заказывал.
— Ты чем смотрел, Вадик? — раздраженно спрашиваю я, — это же какие-то куклы. Вообще не похожи.
— Я всю страну облазил, — оскорбленно говорит он, — если эти не похожи, то я вообще не знаю, кто тогда похож. Они прошли три этапа кастинга. Каждая из них идеально подходит под твой запрос.
Я только машу рукой.
— Все! — кричу я, — валите все отсюда, одевайтесь и уматывайте.
Толпа девчонок молча разворачивается и сверкая голыми жопами, понуро уходит с палубы.
Достаю планшет и тычу Вадиму в лицо фотографией Жени.
Вот, — говорю я ему, — смотри сюда, у жени были настоящие, свои губы, а не эти надутые сосиски, понял? У нее были свои волосы, а не это нарощенное говно, снятое с трупов. Она была настоящая, понимаешь?
Он вздыхает.
— никит, — говорит он, — ну сколько можно вздыхать на школьную любовь? Ну не сошелся на ней свет…
— Мне нужна она, понимаешь? — говорю я, раздраженно.
— Понимаю.
— Ну так и найди мне ее.
— Как я тебе ее найду, — не выдерживает, наконец, Вадик.
— Я не знаю, мать твою, — кричу я, — я плачу тебе миллионы за твою работу. Если надо, буду платить еще больше.
— Ее не найти, Ник, пойми ты, черт тебя дери.
— Нет, — упрямо говорю я, — я найду.
— Она умерла, ее нет.
Вадик тут же осекается. Поняв, что сказал лишку.
— Умерла, — говорю я, — ну и что мне делать?
— Забудь, ты зациклился, ты ни о ком, кроме нее думать не можешь уже сколько? Десять лет прошло, а ты все сохнешь по девчонке, с которой мутил в 11 классе.
— Заткнись, — бросаю я и вадик тут же умолкает, — ничего про нее не говори. Даже бл..ь не смей, понял?
— Понял, понял, — примирительно говорит Вадик.
— Ну раз понял, значит ищи дальше.
Я отдаю ему планшет с фоткой Жени, а сам спускаюсь с палубы своей семидесятиметровой яхты в каюту.
На кой черт нужна эта сраная яхта, если я на ней почти не плаваю? Впечатлять шлюх? И на кой хрен мне этот вертолет, если я даже ни разу на нем не летал?
Зачем мне все это, если ее нет рядом?
____
Дорогие читатели. Для меня, как автора, очень важно знать, если книга вам нравится. Так что не стесняйтесь ставить лайки и оставлять свои комментарии, это очень помогает! Спасибо вам
Глава 2
Алена
Я слышу какую-то возню внутри дома.
Что-то падает. Слышу голос Игоря. Он чертыхается и что-то шипит громким шепотом. Тихий голос соседки Любы. И почему мне интересно о чем они говорят.
Чувствую как меня трясет. Гляжу на свои руки и сжимаю пальцами одной другую, чтобы хоть как-то унять колотящую меня крупную дрожь.
Все это происходит на самом деле — это не сон и не игра. Это реальность, которую теперь никак не изменить.
Я теперь здесь. Я теперь в мире, где мой любимый изменил мне.
И почему я думаю об этом, как о единичном случае? Как будто единичная измена чем-то лучше постоянно, , каждодневной, обыденной измены.
Пытаюсь выкинуть из головы отвратительные образы, которые вспыхивают один за другим.
Мой Игорь, вот он лежит, запрокинув голову, открывает рот от удовольствия и рычит.
Какой ужас. Это не может быть в реальности. Он не мог так поступить со мной, только не он, только не мой Игорь.
В голове возникает странная мысль. А что, если все это показалось мне? Что, если это все плод моей фантазии и ничего не было?
Бред.
Вот стоит припаркованная машина. Вот хлопает дверь дома. Я не оборачиваюсь. Слышу тихие шаги Игоря, я знаю, что это его шаги, я не спутаю его походку ни с чьей другой, даже если это только звук.
Вытираю слезы рукой и быстро встаю. Никаких разговоров с ним, никаких выяснений сейчас, ничего.
Я хочу убежать и спрятаться, чтобы никто меня сейчас не видел. Но куда идти? Боже, куда мне идти? Слезы застилают обзор и я кое как открываю калитку, чтобы выйти с участка на улицу. Пальцы не слушаются, и вдруг я чувствую, как сильные руки хватают меня за плечи.
Не оборачиваясь, вырываюсь. Издаю то ли всхлип, то ли стон и сначала иду, а потом бегу по высокой траве. Она больно бьет по моим голым ногам, но я не обращаю внимания. Эта боль ничто, в сравнении той душевной болью, что я сейчас испытываю.