— Я бы попросила, — возмущается Дарья.
— Заткнись! Тебя вообще не спрашивали! — ору на нее сквозь слезы. — Это получается все знали, а я как дура хожу по офису всем улыбаюсь?!
— Вик, все не так, — прорезается голос у Димы.
— Даже слышать ничего не хочу, — мой голос звучит непривычно твердо, хоть я и задыхаюсь от слез. — Чтобы духу твоего больше в моей квартире не было! — со всей силы толкаю дверь из туалета, желая сбежать как можно скорее, но тут же упираюсь лицом в широкую мужскую грудь, обтянутую белой рубашкой.
Запах мужских духов ударяет в голову похлеще игристого. Поднимаю голову чтобы рассмотреть лицо «стены», в которую только что врезалась.
— Давид Алексеевич, — только его здесь сейчас не хватало! Моментально отстраняюсь, прячу взгляд, чтобы босс не спалил моих слез. Осталось только работы лишиться из-за козла-муженька! — Пропустите, пожалуйста!
Шеф делает шаг в сторону, оставляя узкий проход между собой и дверью, давая мне возможность покинуть помещение.
Быстро протискиваюсь между танцующих людей, и выбегаю на улицу в надежде запрыгнуть в первое ближайшее такси и побыстрее убраться отсюда. Как назло, ни одной тачки в поле зрения. Видимо в такое позднее время таксисты приезжают только по вызову.
— Какой подонок! — из глаз градом льются слезы. — А я еще хотела от него детей. Вот дура!
Достаю телефон из сумочки в надежде вызвать такси, но вспоминаю, что он разрядился еще в ресторане, и я попросила Диму поставить его на зарядку, что он конечно же не сделал. Мысли видимо о другом были!
Плевать, пойду пешком. Жалко только, что куртку не забрала, но возвращаться туда даже не подумаю! Лучше насмерть замерзну, но еще сильнее не унижусь!
Прихватив обеими руками кардиган, под которым скрывается довольно легкое платье до колен, заворачиваю его на груди.
На улице довольно зябко. Ветер задувает под юбку, отчего становится еще холоднее. Чувствую, как туфли натерли ноги и идти дальше становится все больнее. И физически, и морально тоже.
— Как я могла не заметить, что он мне изменяет… — вою в голос, растирая по лицу слезы.
Слава богу на улице не души. Даже проезжающих машин нет. Поэтому я могу хотя бы повыть спокойно.
Вижу, что на проезжей части появляется свет от фар и становится слышно шуршание колес.
Что, решил догнать? Совесть заиграла? Сволочь!
Но машина проезжает мимо даже не притормозив.
Боже, Вика, на что ты рассчитываешь?! Он и думать про тебя забыл! Ушла и хорошо – избавила его от ненужных сцен. А надо было взять что-то покрупнее и кинуть в козла! Или еще лучше со всей силы по яйцам треснуть! Чтобы на всю жизнь меня запомнил, мерзавец!
Идти стало совсем невыносимо. Новые туфли, которые я купила по случаю очередного корпоратива были не готовы идти пешком до дома.
Я же и вырядилась для этого козла! Платье новое, туфли неудобные – собственного мужа соблазнить надеялась! А он же даже не посмотрел в мою сторону!
Снимаю туфли и бросаю в урну ближайшего магазина. Горящие от натертости ноги даже не чувствуют холод, исходящий от тротуара.
— Виктория Андреевна, — сбоку доносится грубый мужской голос.
Вздрагиваю от неожиданности.
Повернув голову, замечаю большую черную иномарку. Пока была в своих мыслях даже не заметила, как ко мне подкрался автомобиль.
— Вы? — давлюсь очередным всхлипом. — Что вы здесь делаете?
Глава 3
— Садитесь в машину. Я подвезу вас до дома, — говорит шеф не выходя из автомобиля.
В моем списке «кого я сейчас хотела бы видеть» он однозначно последний.
— Нет. Спасибо за предложение, — отворачиваюсь и вытираю слезы пока он не заметил. — Я как-нибудь сама доберусь.
— Я не спрашивал, хочешь ты или нет. На улице холодно, а ты без куртки. Да еще и босиком. Садись давай, — требует шеф.
Мы же не на работе: какого черта он мне приказывает?! Еще и тыкать вдруг начал. Это что за новый метод наказания сотрудников? Или он меня еще и уволит теперь из-за сцены в туалете? Тогда тем более в его помощи не нуждаюсь!
— Я сейчас же вызову такси, так что вам не о чем волноваться, Давид Алексеевич, — не так правдоподобно, как мне того хотелось бы вру я. — И мне почти совсем не холодно, — отворачиваюсь и продолжаю свой путь.
Внедорожник агрессивно рычит и срывается с места.
— Фух, отстал, — говорю, выдыхая облако пара: — И правда очень холодно.
Доехав до конца тротуара внедорожник вдруг останавливается прямо на клумбе.
Шеф выходит из машины, подходит к пассажирской двери и открывает ее, всем своим видом давая понять что мимо пройти не позволит.