— Нет, это для тебя, — упирается.
— Если ты сейчас не укусишь, то я больше не буду есть, — укоризненно смотрю на него.
Давид нехотя пододвигается ко мне и делает небольшой укус.
— Неа, — мотаю головой, — кусай еще, — держу хот дог на вытянутых руках.
— Я же сказал, что это твой, — возмущается.
— Давай, последний раз, и я отстану.
Давид делает еще один укус, и я продолжаю есть дальше.
Хочу признать, что у Давида есть вкус. Даже обычный хот дог он выбрал очень вкусный, не говоря уже про очень вкусные вафли.
Обед в машине получился намного романтичнее, чем поход в ресторан. Без всяких этих дорогих штучек. Без лишнего пафоса.
Замечаю, что мы уже подъезжаем к моему дому. Даже не заметила, как прошло время.
Достаю из сумочки ключи от квартиры и протягиваю Давиду:
— Поможешь мне? — спрашиваю, не рассчитывая на отказ.
Ведь без него я совершенно не смогу ничего сделать. Даже просто подняться до своей квартиры.
— К чему этот вопрос? Ведь без меня ты не справишься, — на его лице проскакивает легкая улыбка.
Такое ощущение, что ему даже нравится, что я ничего не могу сделать без него. Вот только виду он старается не подавать.
Машина останавливается прямо у подъезда.
Давид берет меня на руки и выносит из машины. Вижу, как с балконов на нас глазеют почти все мои соседи.
Вот конечно, задала я им повод для обсуждений. Приехала на черном дорогом микроавтобусе, в платье, да еще и на руках меня носят. Как раздражают эти пустые сплетни.
Давид заносит меня в подъезд и поднимается по ступенькам к моей квартире.
Даже не представляю, сколько силы в нем. Кажется, что он даже не запыхался.
Давид проворачивает ключ и открывает дверь. В глаза сразу же бросаются раскиданная мебель и вещи.
В последний раз я была здесь, когда меня схватили эти уроды. А потом Давид мне просто запретил здесь появляться.
— Можешь отнести меня на кровать? — киваю головой в сторону спальни.
Думаю, сейчас для меня это будет самое удобное место.
Давид довольно хмыкает и несет на кровать.
Надеюсь, моя просьба не звучала как предложение чего-то большего, и он правильно меня понял.
Подходим к кровати, и Давид нежно опускает меня на матрас. Отпускаю его шею и чувствую, что руки босса совершенно не планируют ослабевать. Я чувствую его тяжелое дыхание. От него все тело покрывается мурашками.
Его руки все еще придерживают меня. Будто он и не хочет отпускать меня.
Взгляд Давида скользит по моему лицу, и я чувствую, как сердце начинает биться еще быстрее.
Закрываю глаза и отворачиваюсь. Кажется, я еще не готова к близости с Давидом. Мне нужно больше времени, чтобы понять свои чувства.
Надеюсь, он поймет меня.
Глава 68
Давид ослабляет руки и медленно поднимается. Поворачиваюсь, смотря на его лицо.
Надеюсь, что я не расстроила его. Сейчас он для меня самый близкий человек. Которому я как никому могу довериться.
Сердце переполняет радостью, когда я вижу на его лице понимание. Значит, он тоже почувствовал, что сейчас лучше не переходить границы.
— Можешь принести воды? — пытаюсь немного разрядить обстановку.
— Да, сейчас принесу.
Заметно, как он нехотя отрывает от меня взгляд и выходит из комнаты.
Облегченно выдыхаю.
Наверное, я полная дура. Но мне кажется, что наши отношения только начинают набирать обороты. И пока я полностью не разберусь с Димой, я не смогу быть спокойна.
Давид возвращается, держа в руках кружку с отколотой ручкой.
— Это единственная целая, — протягивает мне.
Эти гады переломали всё, что возможно, пока перекапывали квартиру. Что им плохого сделала посуда? Что они пытались там найти? Или просто развлекались, разбрасывая вещи?
Беру кружку и делаю несколько глотков. После таких нежных прикосновений во рту всё пересохло. Давно я не испытывала хоть что-то подобное. Кажется, что в присутствии Давида я будто расцветаю.
— Так что ты хотела забрать? — оглядывает комнату. — Кажется, что тут не осталось ничего целого.
Вспоминаю про браслет, который подарил мне папа. И, забыв про ногу, пытаюсь резко встать с кровати.
— Тише, — босс останавливает меня, прихватив за плечи. — Что случилось?
— Браслет, от папы, он мне очень дорог, — пытаюсь высмотреть обувную коробку в шкафу.
— Где? — смотрит в сторону шкафа.
— Там должна быть обувная коробка, — показываю на распахнутые дверцы.
Еще моя бабушка учила меня, что если хочешь что-то спрятать, положи это туда, где воры даже и не подумают искать. Поэтому всё самое ценное я обычно хранила в коробке от обуви. Мне казалось, что если вдруг нашу квартиру решат ограбить, то уж точно не полезут смотреть на мои туфли.