Какого черта он о себе возомнил? Думает, что если я на него работаю может себе позволять все что вздумается.
— Вы меня конечно извините Давид Алексеевич, но это выходит за всякие рамки деловых отношений.
— Ты думаешь? Если тебе не нравится, ты можешь уйти, но и работы больше у тебя не будет. Я могу уволить тебя прямо сейчас.
Вот подонок решил давить на мое положение в компании. Так и знала, что не стоит с ним откровенничать!
— Вы не можете так поступить со мной!
— Еще как могу, — холодно отвечает. — Так что ты выбираешь? Остаешься или уходишь?
Глава 7
Сердце начинает колотиться как бешеное. Понимаю, что если я сейчас уйду то потеряю работу. Но оставаться с этим деспотом нет никакого желания. Как он может ставить меня перед выбором? В этой ситуации я вообще пострадавшая.
А главное, как Дима мог меня так подставить?! Так хочется взять и врезать ему промеж ног, чтобы больше не совалось куда попало. Если бы я только знала какая он сволочь…
Смотрю в глаза бесчувственного робота и осознаю, что он ждет от меня ответа.
— Вы понимаете, что ставите меня в неловкое положение заставляя меня делать выбор в такой ситуации? — говорю, а голос дрожит от страха.
Понимаю, что сейчас на кону моя судьба. Все к чему я так долго стремилась рушится ежесекундно, а все из-за сволочи Димы!
— А что тут неловкого? Я же тебе не со мной спать предлагаю. А только переночевать в моей квартире. Я буду спать в другой комнате. А утром на трезвую голову приму решение на твой счет.
— Мне кажется это все равно не очень уместно, — изо всех сил стараюсь звучать как можно более дипломатично. — Я благодарна за вашу помощь, за то, что пригласили на чай и дали согреться, но мне есть куда пойти. В конце концов у меня есть квартира. Завтра я приду на работу и вы сможете вынести мне приговор в куда более подходящей обстановке. Зачем вам оставлять меня здесь?
Босс заметно меняется в лице. Будто я только разозлила его своими рассуждениями, хотя нахожу их вполне логичными. Однако его губы искривляет саркастичная усмешка, и желваки недобро подрагивают:
— Я ведь знаю, что ты довольно умная девочка. Зачем сейчас строишь из себя дуру? — неожиданно грубо вдруг говорит он.
— Ч-что? — непонимающе выдавливаю я.
— Значит не понимаешь, зачем я привез тебя к себе? — он несколько раздраженно проводит пятерней по своим темным волосам, и вдруг шагает ко мне: — Твой муж посмел тронуть то, что принадлежит мне. Как считаешь, я похож на человека, который любит делиться?
— Ч-чем? — пячусь, испытывая крайне нехорошее предчувствие.
Но огромная рука начальника вдруг ловит мое запястье:
— Женщинами, Вика! — одергивает меня. — Теперь яснее?
— Так это все из-за Даши? — мямлю, мысленно проклиная суку, продолжающую уничтожать мою жизнь.
Так вот оно в чем дело. Поверить не могу! Мало того, что мне растоптали сердце сегодня. Так теперь за эту душераздирающую картину мне же и мстить будут?! Вот же сволочи! Все они!
Теперь все встает на свои места. Вот почему босс так настойчиво притащил меня к себе. А Дима скорей всего даже не представляет, что он натворил. Вечно мне приходится отдуваться за него, но сейчас это уже перешло все возможные рамки.
Темный взгляд Давида Алексеевича зло мечется по моему лицу. Кажется он вовсе не собирается мне отвечать. Огромная лапища почти до боли сжимает мое запястье, не позволяя отодвинуться. Между тем, мне совершенно не нравится, что расстояние между нами так непрофессионально сократилось.
Босс шумно выдыхает, на секунду прикрывая глаза:
— Допустим из-за Даши.
Он наконец отпускает меня, и отходит к шкафу. Достает из ящика какую-то одежду и бросает на кровать:
— Можешь переодеться в это и укладываться. Если не передумала пить чай, чтобы не заболеть, то жду тебя в гостиной.
— Но я ведь не давала своего согласия… — бормочу я, напрочь растеряв всю свою уверенность. Да какой еще к черту чай?!
Босс замирает в дверях, и поворачивается ко мне. Выглядит как-то устало:
— Если ты еще не поняла, я не нуждаюсь в твоем согласии. Скажи спасибо, что я великодушно позволяю тебе просто спать в своей квартире, не требуя большего.
— Н-но я же не собственность… я не принадлежу этому козлу! Так что отпустите меня и устраивайте вендетту эти голубкам, без моего участия!
— С ним буду разбираться не я, а мои люди. А тебе сейчас лучше подчиниться по-хорошему.