У меня дыхание перехватывает от его уже почти неприкрытой угрозы:
— Вы же сказали, что я могу уйти? — шепчу высохшими губами.
— Можешь, — кивает он. — Но уйдешь ли? Твоей матери требуется дорогостоящее лечение. Разве в твоих интересах потерять хорошо оплачиваемую работу?
Теряю дар речи.
Я ведь ни слова не говорила ему про операцию…
Откуда он знает?
Даже Дима не в курсе, я не успела ему сказать. Этот деспот, что еще и следит за мной?
— Как вы узнали?.. — спрашиваю удивленно. — П-про м-маму…
— Это сейчас неважно. Важнее то, ты можешь предложить мне, если я помогу тебе ее вылечить?
Глава 8
Дверь в комнату закрывается, и я остаюсь наедине со своими мыслями.
Что сейчас вообще произошло?!
Что я могу ему сейчас предложить? Чего? Что ему от меня нужно?!
Присаживаюсь на кровать пытаюсь осознать всю абсурдность сложившейся ситуации.
Замечаю вещи, которые оставил для меня Давид Алексеевич и сталкиваю их на пол. Что себе позволяет этот деспот?! Не буду я надевать его одежду. И помощь мне его не нужна вовсе! Ты смотри какой альтруист гостеприимный. Это с каких это пор?!
Хотя ладно. Нужно признать, что больше всего я сейчас злюсь вовсе не на босса – его я скорее побаиваюсь в связи с новыми открытиями. Но до скрежета зубов меня сейчас бесит только один человек…
Дима.
Я теперь долго не смогу забыть, в какую задницу я попала из-за своего мужа.
Теперь уже почти бывшего мужа.
Все пять лет я как дура бегала за ним, сопли подтирала! А он в один момент разрушил все! Нас больше нет – и от этого очень больно. Теперь только я одна.
Облизываю губы, чувствуя соленый привкус слез стекающих градом по лицу. В какой момент все пошло не по моему плану? Я ведь так гордилась: квартира, хоть и в ипотеку, карьера довольно успешная и у меня, и у мужа. Думала еще немного поработаю и в декрет…
Но моя семья, которую я собственными силами построила, разрушена, и теперь я сижу здесь. И даже понятия не имею, чего хочет от меня этот деспот, который сейчас сторожит мои покои, как бешеный цербер. И наверно упивается своей властью, пока я тут нюни распускаю.
Вика, давай, ты сильная. Ты всегда справлялась и сейчас справишься.
Ложусь на кровать и сворачиваюсь калачиком. Но почему-то именно сегодня у меня совершенно нет сил бороться с обстоятельствами, в которых нахожусь.
Только одну ночь нужно провести в этом доме. Только одну. Успокаиваю себя.
Но где гарантии, что он отпустит меня завтра? По виду Давида Алексеевича не скажешь, что он слишком уж нетрезв, а это значит, что его намерения серьезны. И думаю, что утром все может только ухудшиться если ничего сейчас не предпринять.
Приподнимаю голову и оглядываюсь в надежде найти тяжелый предмет.
Нет Вика, о чем ты думаешь? В тюрьму тебе сейчас совсем нельзя. Хотя там меня уж точно не заставят ходить на работу каждый день и наблюдать недовольное лицо этого робота, а еще гада мужа с его марамойкой. Да и ипотеку платить не нужно будет.
Тормози, идиотка. А ты подумала, что тогда будет с мамой? Кто ей поможет? Гляди-ка, собралась она отдохнуть в местах не столь отдаленных от жизни бренной.
К слову…
Этот ненормальный сказал, что может помочь маме...
Хоть и не понимаю пока, откуда он вообще об этом знает. И совершенно неясно какой ценой он предлагает эту помощь. Хотя... Когда речь идет о маме, я готова на многое. Боюсь. Но сделаю для нее все возможное.
У меня все тело содрогается от беззвучных рыданий. Слезы не перестают литься.
Ко всему прочему вспоминаю, что телефон остался в зале. А там этот бесчувственный робот. Хотя мне даже позвонить сейчас некому. Дима был для меня самый родной и единственный человек. Если маму не считать. Но ей как раз сейчас звонить совсем нельзя, чтобы не волновать. Может и хорошо, что босс не дал мне к ней поехать. Она бы сейчас переволновалась и глядишь еще поплохело бы – я себе бы этого не простила.
Собираюсь силами и поднимаюсь с кровати. Подхожу к окну. На улице не души.
Улыбаюсь видя свое отражение в окне. А ведь четыре года назад я сама занималась закупкой материалов для постройки этого жилищного комплекса. А теперь сама же нахожусь здесь почти взаперти не имея возможности выйти потому как не хочу еще раз разрушить свою жизнь. Лишившись всего из-за козла мужа и деспота начальника.
Решив, что телефон под рукой все же не помешает, я собираю всю свою решимость в кулак и выхожу в коридор. Оглядываюсь по сторонам опасаясь увидеть босса.