- Может, погуляем в парке? Пока погода хорошая и нет дождя.
- Мне надо в офис.
- Давай я отвезу, - настаивает он.
- Меня отвезет Илья Борисович, - отвечаю, глядя в зеленые глаза. – И цветы мне присылать не надо. Я хочу, чтобы ты понял. Я общаюсь с тобой только ради Миши. Мне хочется, чтобы ребенок рос в большой и дружной семье. Но между мной и тобой больше нет отношений, и не будет. Понятно?
На скулах Артёма ходят желваки, а в глазах отражается тоска.
- Понял, - бросает сухо. – Цветы все равно буду дарить. Я знаю, что ты любишь, когда дома есть букет живых цветов. И я прекрасно осознаю, что в свою жизнь ты меня никогда не пустишь. Спасибо тебе за то, что не вычеркнула меня из жизни Миши. Я тебе за это безумно благодарен.
- Если попытаешься украсть у меня Мишу, мой отец тебя найдет. Ему хватит денег и связей. И в таком случае, сына ты больше никогда не увидишь. Я просто уеду с отцом и Мишей за границу, подальше от тебя. Это понятно?
- Алиса, ты чего? – Артём в шоке от моих слов. – Ты меня считаешь психом? Или кем?
- Ты однажды сказал мне, что заберешь ребенка у своей любовницы Анфисы, потому что считаешь, что дети должны жить с тобой, а не с матерью, - в моем голосе сталь и лед. – И я читала о твоих пожеланиях, которые лежали отдельным листом в брачном договоре. Там было прописано, сколько раз в неделю я смогу видеться со своими детьми. Может, мне тоже составить такой список? Выделю тебе одну субботу на общение с сыном.
Артём нервно проводит рукой по своим волосам, качает головой.
- Я тот лист заполнял, когда мы с тобой только встречаться начали. Ты первая девушка, с которой я начал серьезные отношения. Мне хотелось учесть все возможные варианты развития событий. Я привык все держать под контролем. Я видел твою маму, видел, как она с тобой общается. И мне было страшно. Страшно, что мой ребенок будет расти в такой среде, где его будут обижать, унижать. Ты ведь матери слово поперек сказать не можешь. Как бы ты защитила нашего малыша от бабушки? Поэтому я и хотел, чтобы в случае развода, дети жили со мной. Но я не собирался с тобой разводиться! Я думал, что мы вместе навсегда! Я не стал бы силой отнимать у тебя детей или красть их. Я бы поговорил с тобой, объяснил бы, что не хочу, чтобы они росли рядом с твоей матерью. Я и сейчас не хочу, чтобы в жизни Миши присутствовала Галина Павловна. Уж, прости за правду. Анфиса не могла забеременеть от меня. Я всегда предохранялся. И был с ней редко, по пальцам одной руки можно пересчитать. А вот, что делал часто, так это сам себя удовлетворял каждый день в душе. Смотрел на тебя такую нежную, красивую, любимую, уютную, безумно желал, до трясучки, а ты подпускала к себе раз в неделю, а то и меньше. Полтора года я не знал, как до тебя достучаться. Полтора! И только потом сорвался. И мне стыдно. Очень стыдно! И я никогда себе не прощу того, что оказался таким слабаком, что пошел на поводу своих желаний и все потерял. Если бы можно было отмотать время назад… Но я уже ничего не могу исправить.
- Анфиса сказала, что у вас отношения длились полгода, - качаю головой.
- Она тебе и про беременность наплела, лишь бы ты меня бросила. Она думала, что сможет занять твое место. Поэтому специально пыталась настроить тебя против меня. У нас не было отношений. Вообще никаких. Она просто искала себе обеспеченного мужика, который бы содержал ее. Когда она поняла, что не сможет занять твое место, отстала и начала вешаться на какого-то старого банкира.
- Теперь ты свободен. Найди себе жену и живи счастливо. Со мной тебе ничего не светит.
- И как ты себе это представляешь? Я буду строить новую жизнь с другой женщиной, а любить тебя. Я не смогу сделать другу девушку счастливой, потому что душой и сердцем тянет к тебе. Я не хочу совершить очередную глупость. Не хочу, чтобы по моей вине опять кто-то страдал. Уж, лучше буду один. Сыном буду заниматься, бизнесом, племянницу нянчить. И я не стану тебе мешать, если ты вдруг встретишь мужчину своей мечты. Я хочу, чтобы у нас с тобой сейчас наладились доверительные дружеские отношения. Чтобы ты не думала, что я хочу ребенка украсть, или тебе как-то мешать. Мы можем просто общаться и как раньше говорить друг другу правду? Но при этом без обид?
- Будем общаться как родственники и только ради Миши. Что касается доверия… Оно разрушилось. Тот, кто предал один раз, предаст снова.
- Знаешь, после того, как я все просрал в этой жизни, а потом чуть не умер, я буду беречь те крохи счастья, которые у меня остались. У меня кроме тебя, Миши и Макаровых больше никого нет, и не будет. Вы моя семья. Я по телефону познакомился с доктором, который будет у тебя роды принимать. Получил у нее инструктаж, что мне необходимо сделать, чтобы присутствовать на родах. Все справки соберу.