Саахаты обладали удивительной способностью чувствовать эмоции других, и за пятнадцать лет, проведенных в их обществе, она научилась мастерски скрывать свои чувства. Она знала, как прятать радость за маской нейтральности, как подавлять страх, чтобы не выдать себя. Но сейчас, похоже, у нее произошла осечка. Внутреннее напряжение, которое она пыталась сдержать, вырывалось наружу, как вода из треснувшей бочки.
Мужчина шагнул ближе, и Гэлия ощутила, как его присутствие наполнило пространство вокруг них. Она старалась не выдать себя, но его проницательный взгляд, казалось, проникал в самые потаенные уголки ее сознания. Она вспомнила все те моменты, когда ей удавалось оставаться невидимой, когда ее эмоции оставались под контролем. Но сейчас, в этот критический момент, она чувствовала, как ее маска начинает трещать по швам.
Она понимала, что нужно отойти от этого обаятельного мужчины ростом в сто девяносто сантиметров и не слышать его дразнящий голос с легким акцентом, который всегда вызывал в ней смешанные чувства.
Гэлия за эти годы практически не изменилась. После того как в лаборатории провели ряд экспериментов с ее телом, она стала выглядеть как двадцатилетняя студентка: подтянутое тело, идеальная кожа, но вот рост подкачал. Все саахаты, даже их самки, были высокими и грациозными, а она едва достигала отметки в сто шестьдесят сантиметров. Это всегда вызывало у нее чувство неполноценности, особенно рядом с ними.
К тому же у Гэлии была на редкость светлая кожа и полностью седые волосы — результат пережитых ею горестей и испытаний. Она пыталась обратиться в генный институт, надеясь восстановить их родной цвет, но там лишь развели руками, не в силах помочь с этой напастью. Каждый раз, глядя в зеркало, она чувствовала, как тень прошлого нависает над ней, и это добавляло ей неуверенности.
— Я просто не вижу столь острой необходимости… — начала было она, но дарк Римааш прервал ее:
— Не понимаю, что вас беспокоит. Перелет комфортный в пределах нашей галактики. Планета полностью подходит для вашего проживания. Вы сами это прекрасно знаете, проработав на ней почти год. Там вас ждет масса возможностей, которых здесь, на спутнике, нет.
— Я знаю, но… — она замялась, не в силах найти нужные слова.
— Это совсем другой мир, — продолжал убеждать ее дарк, его голос звучал уверенно и настойчиво. — Вы должны увидеть его собственными глазами. Не малую его частичку, как было пятнадцать лет назад. Теперь вы полноправная гражданка Саркота, все ограничения статуса беженки с вас сняты давно.
Она вздохнула, глядя в окно, где мимо проплывали звезды, словно искры на черном бархате. Воспоминания о прошлом, о том, как ее похитили с родной планеты, все еще были свежи в ее памяти. Страх перед новым, перед неизвестным, сковывал ее.
Только вот Гэлия понимала, что все ее попытки отказаться от посещения главной планеты империи не выдержат его натиска. Разве можно отказать ему, когда он так на нее смотрит? Карие глаза такие темные и бездонные, что девушка может запросто в них утонуть.
Темные волосы упали на лоб, и он отбросил их нетерпеливым жестом.
— Решайтесь! — произнес он, плотно сжав челюсть.
— Хорошо, я поеду, — произнесла она тихо.
Саахат улыбнулся.
— Я знал, что могу рассчитывать на вас. У вас будет возможность познакомиться с моей семьей, и тогда вы поймете, что эта сделка значит для всех нас.
Конечно, как же без этого. Он знает все наперед. Никто не говорит «нет» представителю правящей семьи — особенно Лэрдарам.
Гэлия испытывала отчаянную потребность вырваться из его орбиты, и предлог нашелся вполне безобидным.
И вот, в этот момент, когда мысли о побеге заполнили ее разум, предлог нашелся сам по себе, да и выглядел он вполне безобидным. Она вспомнила, что в кафе неподалеку подают отличный таффо — ее любимый сорт кофе. Это было идеальное оправдание, чтобы на время вырваться из его поля зрения.
— Может быть, таффо? Могу я принести вам чашечку? — спросила она, стараясь сохранить спокойствие в голосе.
— Да, спасибо. Сливки и два куска сароо.