Заторможено киваю. Значит, Вадим и Ира хорошо общаются.
Ира, которая всеми силами пыталась влезть в мою жизнь.
И Вадим, который работал с моим мужем.
Поэтому так медленно продвигались дела с исками? Волошин не мог найти причин для увольнения беременной или просто не искал их? Специально всё затягивал, а Дима ему верил!
Но… Не понимаю. Волошин ведь давно знает Диму, они приятели ещё из университета. Зачем ему так поступать? Неужели тот влюблен в Иру и решил потакать во всём? Только это безумно.
Никакой мужчина так не поступит, не позволит любимой целовать другого ради какой-то глупой цели. Денег? Может, с фирмой как-то связано? Глупо же.
– Нет, это не Тая, - Мирон вздыхает в трубку. – Послушай, не об этом. Мы сейчас в ресторане… Дим, включи голову на пять минут и послушай. Мы здесь наткнулись на Волошина и Иру. Да, вместе.
Шварц коротко описывает ситуацию. А я поступаю глупо, но слишком переживаю, что нас заметят раньше времени. Развязываю ленту и тяну светлую ткань портьер, зашторивая столик. Никто другой портьерами не пользуется. Может привлечь ненужное внимание, но это лучше, чем нас сразу увидят.
Мирон делает так же со своей стороны. Кабинка тут же погружается в полумрак. Только обстановка отнюдь не романтичная.
– Проверь дела, - советует Мирон, а сам сжимает мою ладонь. Поглаживает подушечкой большого пальца, успокаивая. – Все дела, который вёл Волошин. Если доверяешь, могу своего юриста прислать на замену. Договорились. Рус? Что с ним?
– Дай мне, - тянусь за телефоном, Шварц не спорит. – Привет, Дим.
– Привет, - звучит глухо, голос у мужа убитый. – Мне нужно в офис, куда завести Руслана? К тебе или родителям?
– Я… Секунду.
Прошу, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Как бы я не хорохорилась, но всё равно – разговор с Димой это пороховая бочка. Не знаешь в какой момент снова придётся защищаться.
Понимаю, что когда главный юрист оказывается крысой, то всё на фирме может рухнуть. Диме нужно срочно в офис, всё проверять и исправлять. Ехать к родителям – это крюк и время. Но и я быстро не вернусь в город, даже если сейчас сорвусь с места.
– Лучше к твоим родителям. Но если ты очень спешишь, то возьми его с собой, - предлагаю. – Я заеду и заберу скоро. Он капризничал вчера, поэтому сегодня должен заснуть быстро.
– Хорошо.
Муж сбрасывает вызов, я почти не реагирую на это. Через узкий просвет в портьерах наблюдаю дальше. Пытаюсь вспомнить хоть раз, когда Волошин вёл себя странно.
Всё дело в деньгах? Так они у него есть: и зарабатывает неплохо, и родители обеспечены. Фирма? Зачем? У отца Вадима адвокатская контора, никак несвязанная с бизнесом Немцовых.
Да и всё записано на моего свекра, если Дима где-то облажается, то Степан Артёмович сам займётся проблемами. Ничего не сходится. Какой-то бред. Зачем этим двум сговариваться?
Но… При этом я получаю ответы на другие вопросы.
Вот как Ира узнала о моем подарке и даже получила его. Зажим для галстука мог упасть, а Вадим его подобрал.
От него же девушка узнала адрес, где жили мы с Димой, потом про комплекс Мирона.
И даже то, как она устроилась к Шварцу! Конечно. Она знала, что они дружат. Дима её на работу не взял, а Мирон – да. И мужчины часто так перекидывают друг другу специалистов, не впервые. Это тоже нельзя было узнать случайно.
Всё! Буквально всё сходится. Тайный информатор Иры сейчас поднимает бокал, улыбаясь ей.
– Как думаешь, стоит к ним подойди? – спрашиваю у Мирона, тянусь за чаем, в горле сухо. – Или прятаться дальше?
– Лучше не спешить. Хотя кто знает… Я впервые в детективе участвую.
– Не время для твоих шуточек!
– Я серьезно. Наверное, пока лучше не спешить. Я Рязанову наберу, пусть он ищет связь с Волошиным. А потом уже подойдём с фактами и четкими вопросами.
– А ты говорил… У Волошина сестра есть, да? Как её зовут?
– Не запомнил. Что-то на… На «И». Нет. Это не она. Люди меняются, но не настолько. Я бы узнал. Наверное.
Выдыхаю. Пальцами мну тканевую салфетку. Я вроде получила ответы на все загадки, но удовлетворенной себя не чувствую. Потому что главная тайна всё ещё прикрыта.
Почему они это делают?
Это похоже на чувство, когда ты забыл слово. Оно крутится на языке, но ускользает. Так и с разгадкой. Она так близка, очевидна. Но не могу ухватиться. И от этого в голове всё гудит.
– Расслабься, - просит Шварц. – Это не твоя проблема. Пусть Дима разбирается.
– Нет. Я… Она ко мне полезла. Хочу знать почему. А не просто забыть. Может, у них там вообще какой-то культ ненависти к Немцовым? А я – Немцова.