– Что там с Волошиным выяснилось?
Я пересказываю Диме всё, что всплывает в памяти. С каждым словом он становится всё более хмурым. Ерошит волосы, видимо, силится вспомнить эту Ингу. Но вряд ли помнит, что замутил с Волошиной.
– Ясно, - кивает, никак не комментируя. – Я понял, спасибо за информацию.
– Если нужна какая-то помощь…
– Нет, ты достаточно мне с женой помог, - Дима разворачивается ко мне, усмехается. – Боюсь представить, что ещё ты можешь устроить.
– Вы с Таей расстались, прекрати делать из этого трагедию.
– Серьезно? Ты за моей спиной закрутил с Тасей роман. Советы давал. Подождать, как же. Чтобы ты успел её в постель затащить?
– Не поверишь, Немцов, я этими советами и пользуюсь. Не моя вина, что ты не можешь удержать дружка в штанах.
Поднимаюсь, заканчивая этот разговор. Есть разница между справедливым упреком и постоянными обвинениями других. Если Дима не может увидеть причину всего, то это больше не моя проблема.
Я достаточно усилий вложил, чтобы сохранить нашу дружбу, пусть и в шатком состоянии. Но не собираюсь голову пеплом посыпать, что полюбил Таю. Могу о многом сожалеть, но точно не об этом.
– Если начнешь думать головой – звони, - говорю, направляясь к выходу. – Или если захочешь всё нормально обсудить.
– А есть что обсуждать? Ты, Шварц, поступил как гнида. Дождался, когда у меня будут проблемы, и всадил нож в спину.
– Ты, млять, серьезно? Не у одного тебя есть проблемы. У меня тоже дел по горло, - прижимаю ладонь ребром к подбородку, взорвавшись. – Замороженная стройка из-за проблем с твоими материалами, еженедельные переговоры с американцами. Ночью работаю, днем отсыпаюсь. Инна со своей беременностью мне мозги выносит. Но я не вешаю на тебя свои проблемы! Я не ною и не ищу, на кого можно перекинуть ответственность.
– Инна беременна? – хмыкает, поднимаясь. – Действительно, катастрофа на фоне моих проблем.
– И? Я Волошина тебе советовал? Я запустил дела? У тебя одна фирма, Дим, у меня их хренова куча. Но даже при этом я нахожу время, что вечером оказаться на прогулке с Русом.
Мудак я.
Знаю.
Режу по больному, без анестезии и сожаления. Может, хоть так до Немцова дойдёт, что мир не крутится вокруг него. И пора что-то менять, если он хочет добиться большего.
Либо останется воскресным папой и будет плеваться желчью до старости.
Но…
Это не моя забота.
Выхожу в коридор, где уже ждёт Тая. Забираю у неё переноску с сопящим Русом, обнимаю девушку, прижимая к себе ближе. Чувствую, как расслабляется, оставляя этот сложный день позади.
У меня вообще только одна забота.
Сделать так, чтобы моя девчонка с косичками от меня никуда не сбежала.
Глава 56. Тася
– Дима совсем никак не отреагировал на новости? – спрашиваю, стоит Мирону пересказать мне их разговор. – Ему всё равно?
Я понимаю, что мотив у Волошиных был довольно сомнительным. Слишком много действий для такого. Дима ведь не убил его сестру и не принуждал, чтобы так мстить!
Инга – семья, хочется защитить. Но всё звучит бредово. Девушку жаль, но я не вижу в этом вины Димы. Да, он изменил мне, воспользовался девчонкой. Но разве так не поступают постоянно мужчины во всяких барах и клубах?
Я не защищаю мужа, но Инга должна была понимать, что случайная связь – не ступенька к отношениям или совместной опеке над ребенком. Как бы прискорбно это не звучало, но все последствия ложатся на наши хрупкие женские плечи.
Единственная вина Димы в том, насколько резко и грубо он ответил.
Ну, помимо супружеской неверности.
– Тай, я думаю он погружен в дела. Волошин столько лет оформлял всё, заслужил доверие, теперь последние два года нужно проверять. Диме не до причин, нужно последствия устранять.
– Но он… Я не понимаю. Это же Дима! Не верю, что он мог так грубо сказать беременной девочке, чтобы она проваливала… Не мог же?
– Тебе эти вопросы нужно не мне задавать. Я об этой ситуации не в курсе, просил Диму не посвящать в его… дела. Если хочешь, чтобы я узнал…
– Нет!
Мы останавливаемся возле машины Шварца, я разворачиваюсь к нему. Чуть запрокидываю голову, чтобы смотреть прямо в глаза мужчины. Он донельзя серьезный, я – улыбаюсь.
– Я люблю поболтать и порассуждать, - произношу без утайки. – В девяноста девяти процентах случаев – мне не нужна помощь или чтобы ты что-то делал. Просто правило трёх «по». Послушал, покивал, пожалел.
– И как мне понять, когда этот один процент?
– Я скажу. Чаще всего у меня нет проблем с тем, чтобы попросить о помощи.