– Я подпишу это, - киваю на стопку документов, которую собрала сама. – Это копии, которые я могу сверить с оригиналом. Остальное будет подписывать мой муж.
– Но он не отвечает.
– Уверена, скоро Дима проснется и выйдет на связь.
Зоя сказала, что встреча в суде назначена вечером, поэтому я не собираюсь спешить. Последнее, что мне нужно, это влипнуть в новые неприятности с этим иском. Муж всегда учил главному правилу – не подписывать то, в чём ты сомневаешься.
Сейчас я сплошное сомнение.
– А если…
– А если мой муж не сможет, тогда я обращусь за консультацией к его отцу. Фирма ведь все ещё принадлежит ему. Если не сложно, принесешь мне ещё чаю?
Зоя кивает, явно разочарована моим отказом. В каждом её движении просачивается нервозность и нетерпение. Девушка всегда была такой, когда что-то шло не по плану. Из собранного профессионала она превращалась в суетливую перепуганную девчонку.
Чем-то Зоя до боли напоминает меня.
Я провожаю её пристальным взглядом, стараясь загасить в себе секундный всплеск сомнений. Может, Дима тоже изменял мне с ней? Раз не побоялся заводить служебный роман…
Я со всей силы сжимаю ручку, злясь на себя за эту несдержанность. Ладно, я теперь всегда сомневаюсь в муже, но Зоя ведь подобного не заслужила. Мы неплохо общались во время моей практики. Она каждый раз крестилась возле кабинета, когда Дима вызывал её к себе.
Вряд ли так поступают, кто крутят роман за закрытыми дверьми.
Через пару минут моё запястье начинает ныть от того, что я подписываю уйму бумажек. Не помню, когда в последний раз ставила так много подписей за один день. Кручусь, чтобы устроиться удобнее, делаю глоток чая. И сдаюсь на секунду.
Я откидываюсь в кожаном кресле, ощущая себя непривычно. Прикрываю глаза, словно чувствую запах мужчины, а спинка ещё нагрета его теплом.
Когда мы работали вместе – я часто оккупировала это кресло, выгоняя «большого начальника». Забиралась с ногами, сбросив туфли, и рассказывала мужу о всяких глупостях.
Я поступаю так же и сейчас, обнимая свои колени. Взгляд замирает на деревянной рамке возле компьютера. На фото – наша семья. Руслан спит, уткнувшись в мою шею. Я тоже почти засыпаю, прислонившись к плечу мужа. А тот придерживает и меня, и сына.
Комната на фоне – гостиная в нашей квартире. Я даже не помню этого снимка. Видимо, его сделали во время одного из первых визитов родителей Димы, когда я постоянно не высыпалась из-за Руслана и готова была отключиться в любом месте.
Я тянусь к рамке, крепко сжимая её. Провожу пальцами по стеклу, наслаждаясь тем, какие мы тут счастливые. Все проблемы кажутся мелкими и неважными, ведь мы вместе.
Как Дима мог вести себя так непринуждённо в этот момент, если несколькими этажами ниже его ждала любовница. Два года ждала.
А действительно ли два?
Зоя приносит мне чай, забирая грязную кружку. Кладет в черный лоток новую стопку документов, поглядывая на меня с сожалением. Господи, сколько же там всего? Даже если учесть, что половина – оригиналы, то…
– Ещё копии? – спрашиваю, получая в ответ кивок. – Всё это?
– Ну, там ещё приказ на увольнение. Дмитрий Степанович вчера сказал приготовить в срочном порядке, но был выходной…
– Приказ, значит?
– Да. О! У меня даже есть сообщение, чтобы вы не сомневались. Я понимаю, что выдернула и взвалила всё на вас… Извините, пожалуйста. Но, - девушка копается в листочках, протягивая мне нижний. – У меня есть подтверждения, что Дмитрий Степанович…
– Я подпишу это, без вопросов.
Я не вижу ничего, кроме имени. Того самого имени, что значилось в трудовой книге. Ира. Дима действительно решил уволить её, без промедлений и разговоров.
Я всегда считала, что любовницы не виноваты. Решение изменить принимает мужчина, он не козлёнок, чтобы просто увести его из семьи. В таком деле виноват тот, кто состоит в отношениях.
Но я с удовольствием ставлю размашистую подпись в приказе, вспоминая то, как Ира говорила со мной. Отдаю лист Зое, читая немое удивление в её глазах. Я сама иногда в шоке со своих поступков, но…
Лучше так, чем выдрать Ире пару клоков волос, правда?
Физическое насилие не выход, хотя в последнее время я всё чаще думаю, что если бы устроила скандал мужу сразу и отвесила несколько пощечин – мне, возможно, полегчало бы.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
– Зоя, - набираю помощницу, включая компьютер мужа. – А мне нужно получить доступ к видеокамерам. Точнее, старым записям. Ты можешь попросить безопасников или кого там нужно?
– Да, но зачем вам?
– Просто.
Я не собираюсь ни перед кем отчитываться, но Зоя и не настаивает. Я ввожу пароль, с замиранием сердца ожидая – он подойдёт или нет? Раньше у нас с мужем не было секретов друг от друга, всё открыто и честно. Пароль стоял лишь для того, чтобы кто-то посторонний не залез.