Колесико на экране долго крутится, заставляя меня нервничать. А потом пароль подходит, вызывая внутри лёгкое удовлетворение. Хоть что-то не поменялось, хотя у Димы был шанс.
Я заканчиваю подписывать копии, остается несколько самых важных листков, которые я не трогаю. Хватит и того, что я немного сэкономила время для подписи. Диме осталось не так много.
Бросаю взгляд на часы – время неумолимо ползёт к обеду. Если к часу дня муж не придёт в себя, тогда я позвоню свекру. Он давно отошел от дел, но может и тряхнуть стариной, давая советы.
– Таисия Михайловна, там программисты написали, как вам найти видео. Доступ всегда был открыт.
– Спасибо, Зоя.
Я сжимаю пальцами край стола, подъезжая ближе. Щелкаю несколько раз мышкой, попадая в царство видеофайлов. Каждое длится 24 часа, файлы подписаны датой и местом.
Даю себе секундную передышку, а потом лезу в записи с пятницы. Вместо того чтобы проверить лестничные пролеты – выбираю место, где есть обзор на лифты.
С утра всё работало, а после обеда перестало. Работники жмут на кнопку, топчутся на месте, а после двигаются в сторону лестницы. Спустя полчаса – появляется бумажка на дверцах. Рассмотреть текст не получается, слишком плохое качество, но о смысле написанного я догадываюсь.
А затем я замечаю Диму, который двигается со стороны входа. Упрямо ждет лифт, пока не видит предупреждение. Я, как следопыт, открываю видео из другого ракурса – прослеживаю путь мужа.
Вот он говорит с кем-то из охраны, вот Дима выходит на лестницу. Я проверяю даже секунды на тайм коде, хотя сомневаюсь, что кто-то бы настолько заморочился с подделкой видео.
– Тась, ну прости, - доносится с динамиков компьютера искаженный голос, когда я включаю звук. – Я постараюсь раньше, хорошо?
– А я сегодня у родителей останусь, хорошо? – вспоминаю свой ответ, который, конечно же, не слышен на записи.
Мне хочется переместиться в прошлое и не дать себе соврать. Не для того, чтобы всё изменить. Лишь подготовить маленькую влюбленную дурочку к тому, что через пару часов ей растопчут сердце.
Внутри я вся соткана из горечи и боли.
Но слабо улыбаюсь, закрывая файл. Дима не врал и не придумывал, та его одышка была действительно из-за ступенек и сломанного лифта. Никаких порочных развлечений, которые нарисовала моя фантазия, не было.
Я ещё недолго мучаю себя, проверяя другие видео, другие дни. Но нигде нет доказательств интрижки мужа. Вижу его с Ирой на совещании с коллегами, но никаких лишних взглядов.
– Слушаю, - не глядя отвечаю на звонок, слишком погружена в своё исследование. Не представляю, что я хочу узнать, но остановиться не могу.
– Тая, это Мирон.
– О, привет.
– Я звоню по поводу твоей просьбы…
Заминка в голосе Шварца заставляет меня отвлечься от того, как муж вместе с Ирой выходят из офиса. В фойе нет записи звука, но я и так понимаю, что он её собирается подвезти.
Я лезу в запись звонков, проверяю время и дату видео. Вспоминаю, что было в этот день и когда муж приехал домой. Он звонил мне после, а я попросила зайти в магазин.
Прикидываю время на дорогу, радуясь тому, что Шварц неожиданно замолчал. Дарит мне необходимые секунды на то, чтобы картинка сложилась в моей голове.
Дима тогда приехал прямо домой.
Нигде не задерживался.
И даже то, что он подбросил домой Иру, ничего не значило.
Он не был с ней тогда.
Только тогда или…
– В общем, Тась… - Шварц возвращает фокус моего внимания на него.
– Мирон, если ты хочешь мне отказать – всё нормально, - убеждаю, потому что не станет мужчина замолкать просто так. – Ты не обязан.
– Нет. Я как раз таки нашел вакансию, если судить по твоему резюме. Но не знаю, насколько тебе подойдёт. Там не полный рабочий день, но нестабильный график. Так что нужно будет обсудить всё. Ты сейчас дома? Я как раз собирался заехать на обед, зайду к тебе.
– Эм, нет. Я… Не дома.
Я не собираюсь объясняться перед Мироном. А ещё меня жутко раздражает его бесцеремонность. Захотел – зашел? Даже не спрашивает на это разрешения.
– Тогда вечером, - Шварц сам принимает решение, заставляя меня закипать от злости. – Около семи. Тебе подходит?
– Я… Ладно, да, подходит.
Мне приходиться придержать свою гордость за хвост, проглатывая лишние слова. Сейчас Шварц делает мне одолжение, срываться на него будет неправильно.
Я бросаю телефон на стол, одним глотком допиваю остывший чай. Плюс – у меня может появиться работа. Минус – это работа со Шварцем, который даже коротким разговором умудряется взбесить меня.