Господи.
Ещё немного и окажется, что мне прямым текстом говорили, а до меня не доходило. Но это не страшно. Главное, что теперь я знаю всю правду. И больше таких ошибок не совершу.
– Ты не обязан отвечать на мои вопросы, - понимаю, что ставлю Мирона в неудобное положение. – Просто только дошло, что измены Димы не были тайной для всех.
– Ты же в курсе, что не виновата? – мужчина прячет ладони в карман пальто, перекатывается с пятки на носок. – То есть…
– Шварц, психолог из тебя так себе, - натянуто усмехаюсь. – Естественно, я знаю. Поэтому и тебя не виню за молчание. Суд уже прошел, обвиняемый найден, приговор – развод.
Стараюсь свести всё к шутке, хоть мне совсем не весело. Но лучше прояснить все моменты, чем играть в недомолвки. Откровенность, какой бы жестокой не была, всегда лучше.
Потому что я сейчас чувствую себя… Хорошо. Все ещё болит внутри, много вопросов. Но поставив точку, определившись – я словно сбросила целую гору камней с души.
Теперь я могу жить дальше, не оглядываясь на прошлое.
С Димой придётся поговорить. Обсудить развод, совместную опеку, имущественные вопросы. Но я к этому готова. Либо будет сугубо деловой разговор, либо решать всё через адвоката.
Хватит с меня быть доброй и понимающей.
– Наверное, мне всё же стоит уйти, - Мирон даже не может посмотреть на меня. – Вряд ли ты теперь рада ужину со мной.
– Шварц, ты когда стал таким трусливым? Сбегаешь от неловких разговоров? Если бы я хотела, чтобы ты ушел – сказала бы прямо. Это пока моя квартира, могу выгнать тебя в любую секунду. Моё предложение всё ещё в силе.
– Ты уверена?
– Как ты там говорил? Я никогда ничего не предлагаю, если условия меня не устраивают. Как-то так.
– Дословно запомнила? Чувствую себя великим наставником, раз меня уже цитируют.
Закатываю глаза, хотя некоторые мысли Шварца оказываются действительно интересными. Раньше мы мало говорили серьезно, а теперь у меня появился шанс оценить его слова.
Например, его тайм-менеджмент. У Мирона двенадцать фирм, а у него выходной посреди недели. И не особо загруженный график, судя по всему. Да и в целом, его подход к многим вещам…
– Можно последний вопрос? – не выдерживаю, ставя лазанью на деревянную подставку. – Я просто спрошу, а ты можешь промолчать. Только не ври. Не разрушай образ честного парня.
– Молчание и будет ответом, разве нет? Спрашивай. Но! – поднимает ладонь вверх. – Последний раз. Я не хочу участвовать в допросе.
– Договорились. У Димы есть дети на стороне?
Вопрос с Машиными близнецами все ещё крутится в голове. Но я не собираюсь беспокоить девушку такими вопросами. А Дима вряд ли признает отцовство, если это правда.
– Что? – Шварц выглядит так, будто я огрела его по голове чем-то тяжелым. – Какие дети? Нет, Тай. Никаких вторых семей. Дима никогда о них не говорил. Он… Кхм. Это лучше с ним обсуждай.
– То, что он заводил случайные романы на стороне? Я знаю.
Легкомысленно пожимаю плечами, а сама слежу за эмоциями Мирона. Пальцем в небо, а попадаю в самую суть. По легкому кивку мужчины понимаю, что я не ошиблась.
Значит, вот как оно было. Мой муж просто гулял на сторону, к случайным девушкам, а после возвращался ко мне. Видимо, внимания ему не хватало постоянно. Даже когда я всё время старалась быть рядом.
Мы с мужчиной садимся за стол, и я больше не поднимаю вопросы о Диме. Мирон прав – я не должна устраивать допрос лишь из-за того, что с мужем говорить не хочется.
Достаточно и той информации, которую Шварц уже мне дал.
И не только информацию. А помощь, прекрасную квартиру…
– Черт, - щурюсь, а улыбка сама лезет на лицо. – Да ты заядлый врун! Столько лет притворялся искреннем, а на деле – только и врал мне.
– О чём ты? – Мирон давится глотком кофе, кашляет. – Когда?
– Ты ведь сказал, что в квартире до меня жила какая-то пара. А после оказалось, что я первая сюда заехала.
– Жила. В той, которой я сдал Диме. Я решил переселить тебя по дороге.
– А. Ладно. Ты восстановил мою веру человечество.
– Ешь молча, - фыркает. – Хотя ты права. Я соврал тебе. Когда сказал, что выпускное платье тебе идёт. Немцов меня заставил.
В мужчину летит смятая салфетка. Подлец. Я ведь знаю, что выглядела хорошо. Раз даже Шварц тогда сделал мне комплимент, то я уверена, что мой наряд был лучшим.
Ужин протекает незаметно и прекрасно. Мы ловко лавируем между неприятными темами, больше говорим о работе и старых знакомых. Мужчина уходит домой на пять минут за новой бутылкой вина, и мы продолжаем.
Впервые меня не напрягает общество Шварца. Либо это из-за того, что в его голосе меньше издевки, либо я просто уже привыкла. Иммунитет ведь вырабатывается с годами.