– Блин, пошли, - не выдерживаю, когда мы спорим о какой-то глупости по работе. – У меня ноут на зарядке, если сниму, то зависнет надолго. Пошли, Шварц, я докажу кто из нас прав.
– То, что ты активнее отстаиваешь свою позицию, не делает тебя правой.
– Действительно. Знаешь, что делает меня правой? То, что неправ ты!
Мы перебираемся на диван в детской, я вскидываю кулак вверх, когда побеждаю. А Мирон, этот негодяй, даже не может признать свою ошибку. Дальше спорит, забирая у меня компьютер.
Лезет в старые файлы, желая найти новое доказательство. Я не препятствую, мне нечего скрывать. В отличие от Шварца, я не оберегаю свой ноутбук как зеницу ока.
Я с удивлением понимаю, что давно не проводила время настолько хорошо. С кем-то, помимо Димы. Нет, мы встречались с его друзьями, я неплохо общалась с женами этих ребят. Но это не то что просто проводить время с тем, с кем комфортно. Без обязательств и наставлений. И глупых попыток мужчин подружить жен между собой, чтобы мы не скучали.
Ах, наш прекрасный клуб «покинутых жен». А теперь, учитывая, что Юсуповы развелись, и мы с Димой планируем… Название приобретает двойной смысл.
– Вот, - Мирон поворачивает ко мне ноутбук с открытым отчетом. – Я же говорил, что был этот коэффициент.
– Но это прошлая пятница! А мы обсуждали эту неделю.
– Мы обсуждали просто неделю. Календарную.
– Всё равно не подходит. Ты ошибся, Шварц. Признай это или…
– Или?
– Просто признай!
Я вскрикиваю, не найдя других аргументов. Секунду Мирон молчит, а после взрывается смехом. И я вторю ему, понимаю, насколько это глупо и бессмысленно.
– Признаю, - мужчина поднимает руки, продолжая смеяться надо мной. – Какая ты требовательная, Тая. Бьешь по моей мужской гордости.
– Гордость? Ты знаешь, что это такое? Помнится, кто-то умолял меня спрятать тебя от взбешенной бывшей.
– Откуда мне было знать, что моя бывшая живет в одной комнате общежития с нынешней? Я был глупым студентом.
– Тебе было двадцать четыре. Мне сейчас столько же! И я ведь не глупая.
– Поэтому ты и закончила магистратуру давным-давно.
На самом деле, Дима с Мироном тоже бы закончили раньше, если бы не пошли в армию перед этим. Но тогда мы с Немцовым никогда не познакомились, у нас бы не появился Руслан…
Не знаю, смогу ли когда-то простить мужа за то, как сильно он разрушил наши отношения. Знаю, что должна, иначе превращусь в озлобленную бывшую жену, которая может накручивать ребенка против отца. Этого я не хочу. Руслан заслуживает двух любящих родителей.
Вот только я не из тех, кто умеет прощать. Но даже если смогу…
То это будет прощальным подарком в честь нашего развода.
– О чём задумалась? – Мирон хмурится, когда я вдруг замолкаю.
– О разводе с Димой, - отвечаю честно.
– Сомневаешься?
– Шутишь? Нет! Это… Законченная глава моей жизни. Просто всякие мысли крутятся. Забудь. О чём ты говорил?
– О ком. Я рассказывал, как Инна чуть не угодила за решетку в Египте. Была на экскурсии возле пирамид, решила забрать какой-то отвалившийся камешек с собой в качестве сувенира.
– А так нельзя?
– Не так подозрительно, как сделала она. Но другого я не ожидал, сестра помешана на всём, что связано с Египтом. Особенно с мифологией. Она мне всё детство выедала мозги этим.
– Ой, Шварц, не нуди. Я прекрасно помню, что ты тоже фанател от египетской мифологии.
– Не было такого.
– Да? А кто рассказывал о любви к какой-то Богине?
Я припоминаю мужчине постыдную историю со студенчества. Они с Димой ночевали у меня, совсем невменяемые после пары баров. И Мирон мне целую лекцию зачитал, что-то невнятно бормотал.
Сейчас я вспоминаю это со смехом. И как возможность подколоть Шварца. Но тогда мне было так страшно. Соседки по комнате были не особо довольны. И я жутко боялась, что нас застукает комендантша.
– Я этого не помнил, - Мирон моего веселья не разделяет. – Болтал глупости.
– Как же её звали? – пытаюсь вспомнить, но я не сильна в мифологии. – Илиса? Инина? Что-то точно на «И».
– Исида.
Мирон выдавливает неохотно, едва скривившись. А я не понимаю, что здесь такого преступного? Нравится ему мифология – это нормально. Ну, болтал что-то глупое, это же не катастрофа.
Вон, Лена говорила, что у меня вообще имя с древним Египтом связано. И ничего, не стыжусь этого. А Шварц ведёт себя так, будто эта Богиня проклята, не иначе.
Нужно будет хоть почитать про неё, узнать, что же так зацепило Мирона в этой Исиде…