– Это не так, – попыталась возразить, но голос вышел плаксивым, надтреснутым.
– Именно… Вот даже сейчас, когда тебе нужно будет отлучаться в больницу. Брать справки с работы… Ульяна, ты плачешь?
– Нет…
– Но я ведь слышу. Прости. Я не хотел быть грубой.
– Это правда. А она иногда бывает жестока.
– К сожалению, да. Но речь не об этом. Дело в том, Уль, что беременных работников особо нигде не ждут.
– Я понимаю.
– Может… Все же с Гаспаровым договориться?
– Нет, – из моего рта это слово звучит предельно категорично.
– Тогда, сделаем так. Я услышала твое “против”, по поводу того, чтобы Баграт позвонил Акопяну…Но я с ним абсолютно не согласна. Нужно пользоваться тем, что тебе предлагают, дорогая. И можешь не спорить – это правда жизни и она не обсуждается.
– Альбина…
– И плевать кто там что-то может подумать. Ты будешь там работать. Я постараюсь. А пока… Отдыхай, дорогая, ты заслужила.
И не успела я ничего возразить, как в трубке послышались короткие гудки.
– Сбросила, – смотрю в пустой экран телефона. – Вот зараза.
Гипнотизируя телефон, застываю в нем молчание. Затем резко откидываю трубку в сторону, порывисто встаю. Неудачно. Прямо на больную ногу.
– Ох, – вздрагиваю всем телом, так как острая боль проходит по мне, как электрический ток, пронзая каждую клеточку моего организма. Глаза тут же моментально наполняются слезами.
Прихрамывая иду на кухню. В голове кажется вроде как пусто, но на самом деле роится миллион мыслей. Думаю обо всем и, одновременно ни о чем.
Добравшись до холодильника достаю холодную воду и налив стакан, залпом его выпиваю. Горло перехватывает спазм. Делаю свистящий вдох носом.
– Ненавижу. Ненавижу вас, – стоном вырывается изо рта, а перед внутренним взглядом возникает образ Никиты и Жанны обнимающихся страстно.
С грохотом ударяю донышком стакана о столешницу…
– Бей посуду – я плачу…
Неожиданно доносится из коридора. Тело мгновенно покрывается мурашками, размером с бусину. Я замираю в оцепенении. Этого не может быть?! Как он посмел?!
– Эй, ты там … Это… Не чуди смотри…
У меня во рту от волнения все пересохло. Язык залип. Я слова сказать не могу. Хватаю бутылку с водой. Мне хватает мгновения для того, чтобы открыть ее и сделать глоток прямо из горлышка.
– А я смотрю ты время тут зря не теряла, – иронизирует Тигран.
И я отнимая бутылку от губ инстинктивно делаю шаг назад, сжимая в пальцах бутылку сильнее. Смотрю на парня во все глаза. А у самой в голове крутятся дурацкие мысли о том, что бутылку возможно придется использовать в качестве самообороны, потому как глаза Тиграна выдают его не совсем трезвое состояние.
– Ты как тут оказался? У тебя есть вторые ключи? Это… Это незаконно проникать в чужое жилье!
Не узнаю свой голос: высокий, с нотками истеричности.
– Ну, оно не совсем мне чужое. Куплено то на деньги нашей фирмы…
– … которая любезно предоставила ее мне. Пока в ней буду жить, квартира моя. – Тут же перебиваю парня. – Ты не имеешь права так поступать. Отдай вторые ключи и убирайся!
Меня трясет от возмущения! Это какой-то кошмар! Я не чувствую себя здесь в безопасности. Это невыносимо. Меня накрывает паника так неожидано, что в первые мгновение даже не понимаю, что со мной происходит и что я творю.
– Эй, ты чего?
Тигран делает шаг в мою сторону, но я вскидываю одну руку перед собой в запрещающем жесте приближаться ко мне, второй опираясь на столешницу плюхаюсь на стул, закрываю рот ладонью. Громко всхлипываю.
– Я тебя напугал? – Тигран суетливо переступает с ноги на ногу, но подойти не решается. – Извини. Я думал ты спишь. И не хотел тебя будить. Я …Это…– парень ставит крафт пакет на стол, я только сейчас заметила сверток в его руке, и начинает доставать оттуда еду. – Я подумал, ты когда проснешься голодной окажешься. Вот принес тебе покушать…
Аккуратно выкладывает маленькие коробочки на стол.
А меня внезапная его забота, растрогала только больше. Горячие слезы, превратившись в ручейки, полились по щекам, шее, останавливаясь только для того, чтобы пропитать ворот футболки.
– Ульяна, прекращай реветь. Ненавижу, когда бабы рыдают, – хмурясь в мою сторону, серьезно заявляет Тигран. – Да и повода нет.
– Есть, – сквозь слезы, всхлипываю.
– И какой же, позволь узнать?
– Из-за тебя и твое брата, я подвела подругу. Понимаешь?! Подвела человека, который мне помог в трудную минуту!