— Мне не послышалось? — Подоспела к разгару разговора вторая, зеленоглазая девушка. Также грациозно, как и первая, она прошлась, хотя лучше даже сказать, проплыла по коридору модельной походкой. Только вот она вообще не стала одеваться и предстала перед нами, как говорится, «в чём мать родила» и протянула, — ты что, не станешь делать с нами то, что обещал? Мы же только начали? — Протянула она также томно, как и первая.
— Лера, и ты туда же! Вы что, совсем офигели вдвоём? — Окончательно отпустил хватку с моих плеч муж и обернувшись к ним, раскинул руками, выражая, тем самым, своё возмущение, по поводу их слов.
Я не могла поверить его наглости. Неужели он действительно думает, что я поверю в этот цирк? Кого он хочет обмануть? Я застала их всех в постели голыми. Какие оправдания здесь могут быть? Но он упорно показывал всеми своими жестами и мимикой, будто невиновен.
— Ну сладкий. — Протянули девушки в один голос, желая продолжения, которому я помешала.
Я воспользовалась моментом и сделала рывок в сторону двери, пока Максим отвлекся на этих девиц. Я прыгнула к выходу, словно кузнечик, так сильно, что сама того не ожидала. Не знаю, как я смогла при этом нагнуться и схватить свою обувь, открыть дверь и вывалиться из квартиры, но я это сделала. Побежала босиком по лестничным пролётам вниз, не оглядываясь.
— Стой, любимая! — Крики мужа доносились сзади и бились эком об стены. — Ты пожалеешь, что не выслушала меня!
Нет, не пожалею. Прочь из этого места. Я не вернусь в эту квартиру, после того, что я видела. Они осквернили моё место. Мой маленький райский уголок, где я могла себя чувствовать в безопасности абсолютно всегда. Его больше нет.
Виски сдавило и голова ужасно разболелась, когда я выбежала на улицу. «Я же босиком пролетела десять этажей», — первая мысль, которая пришла мне в голову, когда я нагнулась отдышаться и посмотрела вниз. Натянула обувь и побежала дальше, за соседний дом, лишь бы Максим не нагнал меня снова. «Дыши, Софа, дыши, думай, приходи в себя», — подбодрила себя в мыслях. Нужно собраться и что-то делать, но голова отказывалась работать. Всё что я могла сейчас придумать, это позвонить лучшей подруге.
— Алло, Юль, пожалуйста ничего не спрашивай, просто приходи в наше кафе на набережной через час, ты нужна мне. — Резко выпалила я, даже не поздоровавшись.
— Я буду. — Также резко ответила Юля, будто почувствовала по моему голосу, что я в беде и не стала ничего расспрашивать по телефону.
Глава 3
— Так что, Софа, нельзя тебе возвращаться к этому кабелю, что бы он там не говорил. — Продолжила Юлька, — Лучше тебе вообще с ним не контактировать никак и подавать сразу на развод.
Мы продолжали сидеть в кафе и похоже, что наши разговоры перестали волновать остальных посетителей и персонал. Косые взгляды сошли на нет и люди занимались своими делами. Да и наши с Юлей эмоции слегка поутихли, после горячей фазы её охов и ахов от моих рассказов.
— Я понимаю, Юль. Мозгом я понимаю. Но сердце болит, ты не представляешь как. Я не могу! — Снова заплакала и закрыла лицо руками.
— Ну-ка солдат! Не ныть! Мы на тропе войны и не можем проиграть! — Юля резко отрезала моё желание рыдать. Я аж вздрогнула от её командного голоса. — Я скажу тебе, что нужно делать. Я поведу тебя писать заявление на развод. Потом подадим на раздел имущества, так что, ты не останешься ни с чем.
— Но я…
— Никаких но, подруга! Я тебя не узнаю, ты всегда была такая целеустремлённая и добивалась чего хотела. Куда это всё пропало? Мне нужно тебя тащить теперь за руку? Не узнаю мою Софушку. — Слегка возмутилась подруга.
И правда, где же это всё? Помню себя в университете. Мы по моему с Юлей и подружились на этой волне, на волне целеустремлённости, максимализма. Я всегда добивалась чего хотела, как и она. Все олимпиады по математике были наши. А какие планы на жизнь мы строили с ней. Мечтали и знали, что всё точно сбудется, не могло не сбыться. А что в итоге? Юля работает в крупной айти компании, уже давно продвинулась по карьерной лестнице, и всё стремиться выше, и выше. Воплощает в жизнь свои мечты каждый день, а я что? А я вышла замуж за изначально обеспеченного Максима, который не нуждался в деньгах и запретил мне работать. Ему досталась доля в компании родителей, как только стукнуло восемнадцать, поэтому, он никогда не нуждался в деньгах и говорил, что мне нет смысла работать, после свадьбы.