Я с размаху швыряю стакан в стену и он, как комета, оставляющая за собой ледяной след, взрывается, превращаясь в искрящуюся громаду мелких алмазных осколков. Звёздная пыль.
Ну, и какого хрена я лапки свесил? Жалко себя стало? Жалко, конечно. Так незачем было блудить.
А раз пошёл на поводу у животных инстинктов, теперь не слюни надо пускать, а делать что-то. Собраться, в конце концов, и попытаться сделать хоть что-нибудь.
Я беру телефон и звоню Эдику.
– Алло, – неохотно отвечает он.
– Эд, послушай, это я. Прости, что не сдержался и врезал. Но ты ведь нёс какие-то мерзости. Сам меня вывел.
– Ты меня избил, – сварливо отвечает он, – и я же ещё, оказывается, виноват. Хороша логика.
– Ну, я же говорю, прости.
– Я, между прочим, всегда ради тебя старался, а ты вот так себя повёл.
Ну, сейчас начнёт слезу вышибать, на жалость давить…
– Эдуард, слушай, извини, я был на взводе, можешь ты понять? Скажи мне, у тебя есть хороший юрист по семейному праву?
– А зачем тебе? – тут же забывает он о своих сетованиях.
– Ну, зачем юристы бывают нужны? Проконсультироваться надо.
– Есть, да. Я тебе пришлю его контакт. Слушай, старик, так у вас прям серьёзно всё? Аж до развода с женой?
– Ну, скрывать не буду, положение действительно довольно серьёзное.
– А я тебе так скажу, давно надо было это сделать. Ты пойми, сейчас тебе, конечно, тяжеловато, но пройдёт совсем немного времени, и ты станешь относиться к ситуации иначе. Ты осознаешь, что свободу ничто не заменит. Не перебивай. Ты увидишь, что был порабощён злой ведьмой. И то, что тебя сейчас ломает, это нормально. Это просто привычка. Ты к ней привык, а теперь надо отвыкать. Но когда отвыкнешь, испытаешь гигантское облегчение.
Мне очень хочется снова его ударить, причём не так, как в прошлый раз, а по-настоящему, чтобы он заткнулся и никогда при мне уже не смел говорить о моей семье.
– Так, дай мне номер юриста.
– Да пришлю-пришлю сейчас, говорю же. И вот что я тебе ещё скажу. Эта твоя Кира… э-э-э… это отличный способ отвлечься, понимаешь? Чтобы не заниматься самокопанием и ненужной рефлексией. Понимаешь ты меня? Просто тебе нужно хорошенько потрахаться! И всё встанет на свои места. Тем более, она к тебе неровно дышит. Поверь старому другу, я тебе дурного не посоветую. Я тут к ней попробовал подкатить, но она ни в какую. Только о тебе и может говорить. И что она в тебе нашла? Не понимаю. А-ха-ха! Шучу-шучу, не напрягайся. Всё, ладно, присылаю. Заезжай как-нибудь. Пропустим по стаканчику, поговорим по душам.
Осёл! Как можно быть таким жалким уродом?! Как я вообще мог терпеть его столько лет? Привычка! Ты-то откуда знаешь, мудила?! Ты с одной бабой больше чем неделю вместе не проводил никогда. Психолог-любитель.
Я звоню юристу, и мы договариваемся встретиться в ближайшее время. Предварительно обсуждаем интересующие меня вопросы по телефону. Хорошо. Толковый парень и он меня обнадёживает. Главное, что я понимаю, это то, что нельзя отпускать Марину. Это самое главное. Надо уговорить её подождать. Делать что угодно, только не отпускать. Ни за что!
Знаю, она не сможет меня простить. Сразу не сможет. А потом, когда боль утихнет… Нет. Она и потом не сможет… Ладно бы она просто узнала, а то ведь собственными глазами увидела. Мерзость. Правда… А если она мне с ребёнком видеться запретит? Нет, юрист же сказал, что это она не может сделать. А вдруг уедет и не сообщит куда именно?
И потом, куда она поедет? Будет снимать квартиру? Ребёнок один, бабушек рядом нет, нагрузка сумасшедшая… Нет, тогда уж лучше я уеду. А они пусть остаются дома. Не хочет чтобы я был поблизости, не надо, уеду в Дубай… И не смогу их видеть? Ни её, ни дочку? Да что же мне делать-то?
Я накидываю ветровку и иду вниз. Захожу в магазин и покупаю яйца, сыр, ветчину и хлеб. Складываю покупки в пакет и медленно бреду обратно к своему подъезду.
Птицы, тепло, солнце, беленькие цветочки на деревьях. Хорошо, наверное. Весна, тепло… Только я не обращаю на это внимания. Не до птичек мне, честное слово…
Подойдя к своему подъезду, я останавливаюсь, как вкопанный. Прямо передо мной стоит Кира.
– Ярослав, – говорит она тихим печальным голосом. – Пожалуйста, выслушай меня…
Глава 39. Кира
Если ты думал, что так легко от меня отделаешься, то ты жестоко ошибался. Столько сил и времени на тебя угрохала - отступать я точно не намерена.
Да и зачем мне отказываться от тебя? Я же прекрасно знаю, что с Мариной у вас все, финита ля семейство. Развод и впереди дележка имущества. А еще я в курсе о красивых манящих арабских выплатах. И их новеньких заказов.
Если бы ты был ко мне более лоялен, я бы поделилась, насколько твоя Эллочка болтлива. Все уши мне забила своим Эммануилом, или как там вашего нового ботана-переводчика зовут.
Но ради финансовых подробностей я готова была выслушать любую чушь от нее. Заодно эта балда слила и тебя. К жене ты не вернулся. Страдаешь на съеме. И тут уж прости свою наивную секретаршу, но твой новый адрес тоже дала она.
Гоняю эти мысли по кругу, пока жду Ярослава у его дома. В квартире его не оказалось, и я спускаюсь ко входу в подъезд. На улице прохладно. Свежий воздух слегка остужает мой порыв, и я задумываюсь, стоит ли мне пробовать с ним дальше.
С одной стороны, я действительно потратила на него уже достаточно времени. К тому же он мне и правда симпатичен. А все мы понимаем, что спать с человеком, к которому испытываешь хоть какие-то чувства, гораздо приятнее, чем с омерзительным старпером.
С другой… Да нет здесь никаких минусов. Время - вот, что нам нужно.
Ярослав для меня удачная партия. А я для него. Просто он этого еще не понимает. Так ему и скажу.
Выныривает из темноты, я тут же стираю с лица довольное выражение и меняю его на грустно-задумчивое.
- Ярослав, - стараюсь говорить как можно более печальным голосом. - Пожалуйста, выслушай меня…
Но он меня перебивает. Резко, нагло, грубо.
- Кира, это ты меня послушай! Я просил тебя забыть мой номер. Просил? - смотрит грозно и устрашающе. Ответ он явно не ждет. - Тебе каким языком это повторить? Может, китайским? Я выучу. А сейчас по-русски еще раз скажу - уходи!
Мда, вот так встреча… С таким настроем бороться будет намного сложнее. Но ничего, и не таких ломали. Я уже усвоила, что счастье само в руки не свалится. Его нужно зарабатывать. Вымаливать, отбирать, бороться. А это я делать умею прекрасно.
А еще я отлично помню, с какой страстью ты на меня набросился. Как жарко гладил и томно стонал, прижимаясь и кусая за грудь. Мужики стонут редко. Считают, что так они перестают быть мужественными.
Но для меня это показатель желания. Ярослав меня хочет, это я знаю точно. И пока он не доведет свое дело до конца, а меня до пика наслаждения, тема между нами не будет закрыта.
По крайней мере, последнее слово будет за мной. И точку в наших отношениях поставлю я.
- Ярослав, не надо со мной так, пожалуйста. - Мне даже не приходится изображать обиженку. Чувствую себя оскорбленной, и за мои унижения он мне должен заплатить. Гнать себя как драную кошку я точно не позволю.
- Тебе не стоит сюда приходить. - говорит он уже более спокойным голосом. - Забудь, пожалуйста, мой номер. И извини, если получилось резко.
- И ты меня прости… - опускаю глаза и тяжело вздыхаю. - Просто мне реально сейчас не к кому обратиться.
- А я-то чем могу помочь? - Он ставит пакет на скамейку.
Принимаю его жест, как приглашение к разговору, присаживаюсь, сцепляю руки в замок и нервно тереблю их.
- У меня замок сломался. Не могу попасть в квартиру.
- А я тебе как в этом помогу?
Поднимаю на него взгляд и выразительно изображаю “ты ж мужик, реши эту проблему!”. Он не улавливает мой посыл или нарочно продолжает строить из себя простака.
- Есть же служба по вскрытию замков.
- Есть. И я туда даже звонила. Только приезжают они по вызову владельца жилья. А моя хозяйка укатила на дачу. И будет не раньше воскресенья.