- Ларис, спасибо! Выручаешь невероятно! Я в приемной, надеюсь, освобожусь скоро, и тебя заменю.
Но я застреваю еще на долгие полчаса. За это время Олег Денисович звонит Ирине дважды и уточняет, не ушла ли я.
Он в курсе, что я ожидаю, опаздываю на урок и наверняка понимает, в каком нервном состоянии сейчас нахожусь. И специально продолжает вгонять меня в еще больший стресс.
- Пусть войдет! - раздается рык из-за двери.
Спокойно, это всего лишь разговор. Мы в офисе, здесь он точно мне ничего не сделает. Может, он вообще хочет извиниться за свое предложение и поведение.
Ну да, конечно, извиниться. Такие люди прощения не просят. Мне становится смешно от своих слов.
Вхожу в кабинет уверенной походкой - настолько, насколько могу с собой справиться. Оставляю дверь открытой и сажусь на ближайший к выходу стул.
- Может, поближе упадешь? - Он нарочно мне “тыкает”. Смотрит надменно и с издевкой. - И дверь закрой!
- Вызывали, Олег Денисович? - задаю глупый дежурный вопрос. Понятно же, что вызывал и томил в приемной, чтобы я окончательно рассыпалась на нервные клеточки.
- Дверь! - повторяет он, добавляя в тон властные нотки.
Не двигаюсь с места.
- Ну хорошо, - он понижает голос, и мне приходится прислушиваться к его бубнежу. - Жалоба на вас поступила. Пишут, что неподобающим образом ведете себя с учениками.
- Что за ерунда? - вырывается у меня. - На моих занятиях никогда никто не возмущался.
- А теперь возмущаются.
- Но почему мне об этом никто не сказал.
- Так вот я сейчас говорю, Ольга. Дочку ты чью-то избиваешь, обзываешь детей дебилами. Мне продолжать?
- Да, пожалуйста, - внутри меня все клокочет от гнева. - Очень интересно узнать, кто автор этого послания. Вы ведь прекрасно понимаете, что все это вранье.
- Я вот как раз совершенно не в курсе, что у меня тут в филиале творится. - Он откидывается на спинку кресла и начинает слегка покачиваться. - Думал, мы нашли общий язык. А оказалось, что вам с детьми работать нельзя. Как же вы теперь в столицу поедете? Кто вас с таким шлейфом на работу возьмет?
- Видимо, никак.
- А я повторю свое предложение. Я человек не гордый, мне не сложно. Чего не сделаешь ради красивой женщины.
- Повторите, пожалуйста, ваше предложение! - произношу как можно громче, выделяя последнее слово. Секретарша Ирочка перестает печатать и прислушивается.
- Может, прекратишь кривляться и включишь свой мозг? - шипит он. - Без мужа ты уже осталась. Сейчас вылетишь с работы и обратно уже не залетишь - не на чем.
Он встает и резким шагом направляется к двери. Ну уж нет, старый ты пень, я с тобой наедине больше не останусь. Подскакиваю и выхожу в коридор.
- Значит так мы себя ведем, да, Миронова?
Вопрос явно не требует ответа, поэтому я молчу. Уже понятно, чем закончится наша беседа. Можно было не устраивать шоу с публичной поркой.
- Ирина, подготовьте заявление на увольнение.
- И по какой статье? - с вызовом спрашиваю я.
- По собственному, - кидает и возвращается в кабинет. - Если не согласны, пройдите за мной.
***
Выхожу из кабинета Олега Денисовича и в бессилии опускаюсь на диванчик. Хорошо, что их у нас много в коридорах. И хорошо, что занятие до сих пор идет. Есть время успокоиться и прийти в себя.
Итак, теперь я без работы. Точнее, без основной официальной работы. У меня по-прежнему остаются частные ученики. Прожить с этого дохода не получится, хватит в лучшем случае только на еду, так что придется срочно что-то искать.
Деньги, которые присылал Ярослав, я пока так и не трогала. Думала, выжить сама, а потом гордо ему их вернуть. Глупый поступок…
Он ведь и правда давал их не на мои развлечения, а на ребенка. На нас. Коммуналку пора оплачивать, за сад скоро будет платеж. Трат много. На алименты подавать смысла не вижу. Если он и дальше будет помогать деньгами, выплывем.
Мне становится до боли жаль себя. Сжимаюсь изнутри и еле сдерживаю слезы. Ощущаю себя маленькой девочкой, которой вдруг нужно принимать взрослые решения. Да, я всегда была самостоятельной, но я не планировала жить одна. Замуж я выходила с расчетом, что мы будем вместе всю сознательную жизнь. Ну или по крайней мере, большую ее часть.
Просчиталась…
Звенит звонок, опускаю голову как можно ниже и включаю телефон. Мне все равно, что сейчас на экране, главное, сделать вид, что занята. Чтобы никто ко мне не подошел и не обратился с вопросами.
- Дорогая моя, у тебя все хорошо? - на плечо опускается теплая рука Ларисы.
Мы молча сидим, ожидая, пока поток учеников схлынет. Потом подруга берет меня под руку и ведет в свободный кабинет.
- А теперь рассказывай! - она ставит передо мной чашку с ароматным травяным настоем и садится напротив.
Несколько минут мы молчим, а потом меня прорывает и я выкладываю ей все. Обиднее всего признаваться, что мне жаль потерянную семью.
- Так, может, еще можно все вернуть? - осторожно спрашивает подруга.
- Я не могу его простить, - мне горько это произносить, но это так. - Не смогу.
- А хотела бы? - вдруг спрашивает она.
- Да.
- Так в чем проблема?
- В том, что он изменил! - Как же бесит, что все вокруг считают измену чем-то обыденным. Как будто он не на другую девку залез, а йогурт купил вместо творожка. Подумаешь, ошибка.
- Мариш, я не это имела в виду, - мягко отвечает Лариса. - Я про то, что есть какая-то сложность, препятствие, которое мешает тебе его простить. Что останавливает? Он изменил, это мерзко, согласна. Но он же понял, что ошибся, и сейчас хочет вернуть семью. А ты - его. Но не можешь.
- Не могу, - грустно повторяю ее слова.
- Значит, что-то тебя останавливает. Осталось понять, что именно.
- Да, но… как это сделать?
- Может, тебе к психологу сходить? - Лариса заметно оживляется. - Точно! Надо было сразу об этом подумать. Есть же специалисты, которые помогут тебе принять решение. Да и вообще в целом посмотреть на ситуацию со стороны.
Я задумываюсь над ее словами. Может, это действительно выход? Раз я не могу найти его сама, пусть подскажет сторонний специалист.
- А как найти хорошего? - с сомнением спрашиваю я.
- Лучше через знакомых, конечно, - с видом знатока отвечает Лариса. - Давай поспрашиваю.
- Ой, нет, не надо! - Мне становится страшно и неловко, что посторонние люди будут обсуждать мою личную жизнь. Опять, как и много лет назад мама делала это на кухне с подругами.
- Да ты не переживай так! Я ж без имен. У меня соседка год назад чуть с мужем не развелась. Там, вроде, измены не было, но… не помню, в общем, что было.
- Ларис, не знаю… может, потом.
- Давай я просто спрошу контакт! Подумаешь и как будешь готова, позвонишь.
Я согласно киваю. Ладно, сразу идти на прием мне не обязательно. Пока я могу просто об этом подумать.
Глава 47. Есть ли шанс все исправить?
Ярослав
— Ярик, — говорит мама, качая головой, — ты мужчина, у вас это в природе, да и Марина твоя сама виновата. Я всегда говорила, что мужу надо уделять внимание, оберегать семью, а у неё только работа на уме.
— Мама! — пытаюсь я прекратить её рассуждения.
— Что мама? Вот тебе и мама! Надо было маму-то слушать, а не шикать. Ясно дело, что на семью у неё времени не остаётся. Да и сил тоже. Попробуй-ка с этими дебилами целый день поколотись, их же научить надо, это ответственность какая. Эта работа у неё все соки откачивает. Ну, а мужик без ласки что? Начинает по сторонам смотреть. Это дело обычное. Мужику баба нужна, а не передовик производства. Но вы мать не слушаете, мать же дура, а вы умные. Только умные-то на чужих ошибках учатся, а на своих собственных — одни лишь дураки.
— Всё, я пошёл. Пока.
— Иди-иди, пошёл он. Иди, да только если ты мужик, а не кисель, как сейчас у вас молодых принято, ты эту ситуацию исправишь. Сам напортачил, сам и исправляй. Да, изменил. Ну что же теперь, семью рушить? А о ребёнке вы подумали? У вас обоих были полные семьи, и вы даже представить не можете, что такое жить без отца или без матери. Думаешь у нас с отцом проблем не было? Были и ещё какие, но мы стискивали зубы и шли дальше ради твоего счастливого детства. Ты оценить этого раньше не мог, так вот сейчас подумай о собственном ребёнке и оцени. И хорошенько подумай, вправе ли вы делать несчастной единственную дочь! В общем иди к своей Мариночке, делай, что хочешь, но наведи в семье порядок. Прощение ты будешь просить или что ещё — твоё дело. Только будь мужчиной до конца. И на будущее тоже учти, что нужно поменять в вашем семейном укладе, чтобы таких вот эксцессов больше не возникало. Даже мысли чтоб не было ни у тебя, ни у твоей благоверной.