Нат тоже это понял, как понял и то, что придется иметь дело с последствиями собственных поступков.
Да, он не умоляет на коленях, не оправдывается слезно. Он не такой человек.
Думаю, даже я никогда не увижу его на коленях.
Он спокойно объясняет, что стало первопричиной нашего разлада. И окончательное решение, как я понимаю, за мной.
Перечеркнуть прошлое, забыть его, как страшный сон, и жить дальше самой. С обидой в сердце, не оглядываясь и в каждом мужчине видя ненавистные черты.
Или… понять и простить?
Как если бы это было так просто.
И если понять я могу, но простить…
Муж видит это в моем взгляде. Осознает, что я готова повторить слова, которые перечеркнут любую надежду на наше совместное будущее.
Вздыхает тяжко, напряжённо улыбаясь уголком губ, и вдруг чеканит резко, словно забивая гвозди в крышку собственного гроба:
— Есть еще кое-что, что ты должна знать. Если ты решишь уйти, я верну тебя обратно. Любыми способами, Маш.
29
Вернет? Что ж, пусть попробует.
Разворачиваюсь и иду на выход. Сколько времени? Не важно. Ключи от комнаты Валиного общежития у меня с собой. Да только вряд ли туда пускают ночью…
Поэтому со вздохом возвращаюсь в спальню.
Много лет я считала себя за каменной стеной. Что у меня самый лучший муж и самый уютный дом, но просчиталась.
Теперь я здесь чужая, и этот человек для меня чужой.
Слышу, как Нат открывает форточку. Ноги тут же холодит сквозняк. Зябко ежусь, вхожу в спальню и сажусь на кровать.
А что, если он придет сюда тоже? Будет лежать со мной рядом, пахнуть своими духами и сигаретным дымом, дышать на меня алкоголем…
Вернуться на диван?
Поздно. Муж входит следом и закрывает за собой дверь. Стягивает рубашку, бросает ее в кресло, смотрит на меня.
Раньше подобная сцена вызвала бы у меня улыбку предвкушения. Я протянула бы к нему руки, а Нат подхватил бы меня с кровати и закружил, прижимая к груди.
Теперь такого не будет. Не будет той легкости и беззаботности.
Не будет вообще ничего.
И почему я до сих пор еще здесь? Что меня держит?
Этот мужчина променял меня на сомнительную верность сомнительным идеалам. А я сижу, смотрю, как он раздевается, чтобы лечь со мной в постель.
— Ты с ней спал? — вырывается у меня вдруг.
Мужчина щелкает пряжкой ремня. Пошатываясь, стягивает брюки и оставляет их на ковре.
— Нет, я говорил, что не изменял тебе.
И почему я не верю? Чувствую каким-то внутренним чутьем, что он лжет. Но как доказать? Да и нужно ли… Только сейчас, глядя на этого мужчину, с которым прожила столько счастливых лет и чьего ребенка ношу под сердцем, во мне шевелится странное чувство.
Стоит только представить его и Вику вместе, как изнутри словно ошпаривает кислотой, и хочется визжать от злости.
Я что, ревную? Неужели правда?
Удивленно смотрю, как муж подходит ко мне, чтобы мягко чмокнуть в макушку, затем укладывается рядом.
Закинув руки за голову, смотрит на меня искоса.
— Вокруг меня много женщин вертелось, Машунь. Ты и сама, наверное, это понимаешь. Но я их просто не вижу. Меня спрашивали после нашей свадьбы, почему она? Я не мог ничего ответить, только улыбался. Некоторым людям не понять, потому что они никогда не любили.
— Когда любишь, не обманываешь… — шепчу, отворачиваясь.
— Когда любишь, хочешь уберечь от всего, и не важно какой ценой. Будь то неприятные эмоции, информация… ты ведь тоже не рассказала мне о Борисе, верно?
Спина невольно напрягается, и я медленно сглатываю, едва протолкнув внутрь застрявший в горле ком.
Не думала, что он захочет об этом напомнить...
Борис был нашим соседом. Когда я переехала к Игнату сразу после свадьбы, этот светловолосый улыбчивый мужчина пришел познакомиться.
Я была одна дома и не задумываясь открыла дверь. Борис оказался настолько вежливым, что сразу зацепил своим обаянием и харизмой.
Рассказал, что работает шеф-поваром в известном ресторане.
Пару раз он угощал пирожными собственного приготовления и приносил вкусный зерновой кофе. Не то, чтобы у нас в холодильнике не было еды, а в ящиках хорошего кофе, но отказываться было как-то совсем неприлично.
Борис производил впечатление очень приятного человека, мы быстро подружились.
Как-то я намекнула Нату, что у нас отличные соседи, на что тот только скривился и протянул:
— Не советую ни с кем из них общаться. Редкостные твари.
— Почему? — удивилась я искренне.
И муж вкратце рассказал о тех, кто проживал рядом на площадке: о кошатнице, которая разводила бобтейлов. Больных или слабых котят она еще живыми выбрасывала в мусорку.