Во мне бушует злость и негодование. На каком основании они вот так могут вышвырнуть меня, не оказав должной помощи? Да еще и мужу позвонили, чтобы он забрал меня! Бред какой-то.
Поднимаюсь с постели, быстро залезаю ногами в резиновые тапочки и, шаркая ногами по линолеуму, иду, сама еще не знаю, куда. Прямо так, в ночной рубашке. И, едва успев затормозить, останавливаюсь напротив кабинета лечащего врача.
─ Доброе утро, ─ постучавшись в приоткрытую дверь, произношу я, но в голосе моем нет ничего доброго. ─ Что происходит? Почему меня выписывают?
Женщина с тяжелым вздохом поправляет очки, поворачивает на меня голову и с пренебрежением произносит:
─ Какие ко мне претензии? Ваш муж договорился перевести вас в частную клинику, вот туда и езжайте. Хотя, вам это вряд ли поможет. Если уж на таком раннем сроке начались проблемы, то беременность вам не сохранить. Ни здесь, ни в частной клинике.
Ее слова режут по больному. Что это вообще за врач, которая так относится к беременным пациенткам, с содроганием сердца пытающимся сохранить своего малыша?
─ Я не давала своего согласия ни на какой перевод, ─ строго заявляю я, сдерживая дрожь в голосе. ─ А что там решил муж ─ меня не волнует. Я приехала сюда, чтобы вы мне оказали помощь, вот и оказывайте!
─ Дорогуша, ─ хмыкает врач, ─ Мне свое недовольство не нужно выказывать. У меня таких деловых, как ты, просто тьма. И у каждой свои закидоны. Иди к своему мужу и с ним выясняй отношения, если заняться нечем. А меня нечего от работы отвлекать.
Сказала та, которая до моего прихода смотрела какое-то видео на экране телефона. Ну как можно быть такой жестокой? Ты ведь врач! Должна спасать людей, а не калечить их психику.
─ Мне все равно. Я останусь здесь, ─ заявляю я и складываю руки на груди в замок.
─ Не останешься, ─ усмехается женщина. ─ Твоих документов в этой больнице нет ─ тебя не оформляли. И находишься ты сейчас здесь незаконно. Так что собирай быстрей свои вещички и мотай отсюда. Нечего место занимать. Другим оно нужнее.
Я просто задыхаюсь от такой наглости и бесцеремонности. Как это ─ нет документов? Как не оформляли? Я ведь вчера сама лично…
Андрей. Ну, кончено! Это все он устроил! Мало ему было мне изменить, так еще теперь поиздеваться решил! Заставляет меня нервничать, чтобы я уж точно потеряла ребенка. Не дождется!
Стиснув челюсти, я словно ураган несусь в зону приема и регистрации. Распахиваю тяжелую белую дверь и вижу лицо предателя-мужа.
─ Какого черта ты делаешь? ─ шиплю я, словно кошка.
─ А что я делаю? ─ с искренним изумлением спрашивает Андрей.
─ Почему мне говорят собирать вещи и уходить из больницы?
─ Потому что я хочу тебя отвезти в частную клинику, ─ ровным тоном отвечает он. ─ Там у тебя будут комфортные условия, отдельная палата. И сделают все возможное, чтобы стабилизировать твое состояние и сохранить нашего малыша.
─ Моего, а не нашего, ─ фыркаю я. ─ И здесь тоже мне могут оказать должный уход, меня все устраивало! Уходи, я останусь здесь!
Сама-то я понимаю, что остаться теперь не получится. Можно, конечно, поскандалить, обратиться к главврачу, если, конечно, Андрей его не купил. Но на все это нужно время и нервы, а нервничать лишний раз мне сейчас точно не нужно. К тому же, от одной мысли, что меня будет лечить та мерзкая женщина, которая наговорила кучу гадостей, становится не по себе.
Но я не могу просто согласно кивнуть Андрею и уехать с ним. Он должен понимать, что теперь не имеет больше никакого права вмешиваться в мою жизнь. Больше не имеет.
─ Тай, я уже обо всем договорился в той клинике, а отсюда тебя выписали, ─ все так же спокойно произносит он и кладет руку на мое плечо.
Когда-то его прикосновения пробирали до мурашек, а сейчас вызывают лишь отвращение.
─ Не трогай меня, ─ дергаю плечом и сбрасываю его ладонь. ─ Я поеду, но только потому, что хочу сохранить ребенка, а мое пребывание в этой больнице ты сделал невозможным! И даже не думай, что я тебе благодарна за это!
Развернувшись, я прячусь за дверь и прислоняюсь спиной к холодной стене, которая медленно остужает мой пыл. По щекам бегут горячие слезы, но вовсе не потому, что я не хочу уезжать отсюда, а из-за того, что увидела Андрея. Смотреть на него теперь так больно и невыносимо, что хочется удавиться. Мой любимый, мой родной муж, ради которого я была готова на все, стал другим и абсолютно чужим человеком. И от этого осознания мне дико больно, тоскливо и одиноко. Словно без него я осталась совсем одна на этом огромном белом свете. Как же трудно это пережить…
Быстро переодеваюсь, забрасываю вещи в сумку и выхожу из больницы. Андрей обхватывает ручки моей сумки, и я тут же одергиваю свою ладонь, лишь бы не коснуться его.