Когда рубашка слетела с Марата и оказалась где-то за широкой кроватью, Кристина принялась расстегивать ремень его брюк, попутно лаская своим игривым язычком его гладкую грудь. Ему было щекотно и жарко, и все эти чувства усилились в один момент, когда рука Кристина крепко сжала его отвердевший член. Ему захотелось испустить стон, захотелось просто лечь и собирать плоды собственного помешательства, но еще больше хотелось проникнуть в Кристину, по внутренней стороне бедер, которой, уже бежали влажные, вязкие дорожки.
Еще секунда, и Марат, не стесняясь своей страстной грубости, кинул девушку на кровать и, увидев расцветающую улыбку на ее губах понял: она не против, чтобы он был жестче…
“А ведь с Катей такого не случалось…” - вдруг подумал Марат и на миг его член конвульсивно дернулся, словно мог вот-вот упасть от внезапно нахлынувших мыслей. Он никогда не мог себе позволить обидеть Катю. Не мог позволить себе быть грубым в постели. Для него она была скорее невинным цветком, с которым близость была больше душевной, чем физической.
Кристина же была другого поля ягодой. Она источала страсть, источала жгучую сексуальность и теперь, раздвинув ноги перед стоявшим у края кровати Марата, принялась призывно себя ласкать. Идеальная, загорелая кожа, идеальная фигура, идеальные пальчики, нежно входящие внутрь ее собственного лона. Наверное, последней каплей стало то, как Кристина закусила нижнюю губу, томно прикрыла глаза и выгнулась, заставив Марата стянуть брюки и нависнуть сверху, опираясь на вспотевшие от волнения и предвкушения ладони.
Кристина смотрела на него снизу вверх немигающим, пристальным взглядом, после чего вновь обхватила шею Марата руками. Но мужчина, опустив взгляд на ее упругую грудь, не удержался и спустился чуть ниже, сначала лизнув, а потом и вобрав в свой рот твердый, аккуратный сосок. Кристина задрожала всем телом, требуя еще и еще. Она требовала большего и тихо застонала, когда свободная рука Марата со всей силой сжала вторую грудь.
И все же, несмотря на столь страстную прелюдию, ему непреодолимо хотелось войти в нее. Его фаллос невольно тянулся к ее взмокшим половым губам, которые он ощущал пульсирующим концом. Ему даже не пришлось помогать себе рукой, чтобы вставить в нее член. Беспутный орган словно сам знал, куда и с какой силой он должен попасть. Так и свершилось. Всего секунда и Марат с непередаваемым блаженством ощутил, как тесное пространство окутывает его член, как тепло ему становится. Кристина на миг замерла, будто бы прислушиваясь к своему собственному телу и, стоило Марату совершить первый, а потом и второй толчок, как девушка громко вскрикнула, исступленно захлебываясь безграничным удовольствием…
Ему казалось, что он окончательно потерял счет времени. Несколько раз он слышал настойчивый звук телефонного звонка, но даже не подумал кинуться отвечать. Телефон остался где-то в кармане брюк, но вскоре заевшая мелодия прекратилась и Марат снова забыл об этом. Ему даже не хотелось строить догадки и предположения о том, кто мог названивать ему в столь поздний час. И все же, внутренне он все осознавал…
Уже позже, когда дрожащее от окончания тело стало постепенно успокаиваться, когда на смену непередаваемому возбуждению начала приходить сладкая полудрема и усталость, Марат вдруг начала думать об уходе. Кристина лежала на его груди, лаская ладошкой то грудь, то щеку Марата и, как оказалась, даже не думала о том, что ее любовник собирается покинуть гостиничный номер.
- Мне пора возвращаться домой, — холод сквозил в голосе Марата, а на языке чувствовался горький, противный вкус.
- Ты обещал остаться на ночь, — напомнила Кристина, осторожно вырисовывая непонятный узор своим тоненьким пальчиком на груди Марата.
- Если ты не забыла, дома меня ждет жена, — ответил Марат, перехватывая руку Кристины. - Ты уже получила, что хотела. Разве не это было твоей главной целью?
- Как поздно ты вспомнил, что у тебя есть жена, — хмыкнула Кристина, устремив взгляд на пальцы правой руки Марата. - Смотрю, и колечко снять не потрудился. А вообще, я думала, что мы пойдем на второй заход. Знаешь, люблю, когда мужчина сзади, держит меня за волосы и…
Марат ощутил предательский отклик собственного тела на слова девушки. Ему стоило только представить, как он берет Кристину сзади, обхватив ее упругий зад ладонями, и пах тут же обожгло огнем, заставляя член набухнуть. Возбуждение и опаляющее желание подавляли зарождающийся внутри стыд. Но даже несмотря на это, Марат все же решительно поднялся с постели, теша себя одной лишь единственной мыслью: - “Осталось еще девять ночей”