- Кристина Вениаминовна! - воскликнула Мариночка, вскочив со своего места с таким рвением, будто хотела тут же кинуться в чужие ноги. - Вениамин Робертович сейчас занят, но… Может кофе, пока ожидаете?
- Чем это он занят, интересно? - едко хмыкнула Кристина, вперив свой демонстративный взгляд в глубокий вырез блондинки - еще немного и ее сиськи окажутся на столе.
- К нему пришли, — проблеяла девушка, опустив глаза. - Я… Я сообщу ему сейчас же…
- Да, будь добра сделать хотя бы это, — холодно произнесла Кристина и, хотела было все таки опустить очередной комментарий, мол здесь не стриптиз клуб, но ее неожиданно перебили.
Позади послышался знакомый голос, заставивший девушку инстинктивно передернуться всем телом, словно от звука гвоздя по меловой доске.
- Зачем же так дрожать? Мариночка, думаю, что Кристина Вениаминовна не хотела вас пугать! - насмешливо произнес подонок: - Что же касается меня… Думаю, я не откажусь от второй чашки кофе… И, про сливки не забудьте!
- Да, Тимофей Вениаминович, — пробормотала блондинка, тут же сорвавшись с места.
Кристина, резко натянув на себя самую обаятельную улыбку, на которую только могла быть способна в этой ситуации, резко обернулась к младшему братцу. Тим, приняв наиболее фривольную позу, нахально улыбнулся и, словно издеваясь, взмахнул раскрытой ладонью в знак приветствия. Ему было всего двадцать семь, но амбиции били ключом изо всех щелей. Впрочем, как и у второго. Одинаковые с лица, Тимофей и Глеб были копией своей матери. Такие же слащавые и гнилые, обиженные на весь белый свет и совершенно неумеющие уступать. Кристина до сих пор помнила, как в один прекрасный день, в далеком детстве, отец привел в их дом двух сорванцов и свою любовницу. Решил таким образом познакомить все свое семейство. А мать самой Кристины еще несколько дней провалялась в больнице с внезапно расшалившимся сердцем, потому что едва могла выдержать подобное унижение.
- А где еще один? Остался в ларце? - поинтересовалась Кристина, даже не думая подходить ближе. - Казалось, вы всегда парой ходите…
- У Глеба дела, а я, как видишь, решил навестить папочку, — Тим кивнул на закрытую дверь кабинета. - Знаешь, иногда все же приятно знать, что у тебя есть отец. Особенно, когда тебе хотят передать место в компании…
Мелкий, алчный паразит! Кристину таки трясло от напряжения. Настолько сильно хотелось подойти и влепить ему пощечину.
- Зря стараешься, — глаза девушки опасно блеснули, а улыбка теперь больше походила на оскал.
- А ты? Думаешь, не поздно начинать барахтать лапками? - Тим поднялся, угрожающе надвигаясь на Кристину.
Парень значительно превосходил ее в росте и теперь навис над девушкой мощной горой. Но и Кристина не растерялась, высоко задрав подбородок, смотрела с откровенным вызовом в омуты черных глаз.
- Это мне говорит сын дешевой шлюхи, которую однажды снял мой папаша? - прошипела девушка, вцепившись в ручки своей люксовой сумочки с такой силой, словно это была шея Тима. Она тут же заметила, какой огонь зажегся в его зрачках и это было действительно страшно. - Даже не думай приближаться ко мне.
Несколько секунд не происходило абсолютно ничего и, неожиданно, Тим вдруг наклонился так, что горячий шепот тут же обжег и без того пылающую от злости щеку:
- Это мы еще посмотрим, дорогая сестренка. Еще посмотрим… - сдерживая ярость, Тим опасно усмехнулся. - Но, даже несмотря на твои слова, я все же приберегу для тебя место уборщицы, когда мы с братом займём кресло нашего дражайшего Вениамина Робертовича. Просто запомни это… И, кстати, классная попка! Почаще носи мини - тебе идет!
Резко развернувшись, подонок направился вдаль по широкому, безмятежному коридору, оставив Кристину наедине с оглушающими мыслями. Последние слова прокатились по коже девушки как нечто липкое и весьма омерзительное. Даже несмотря на старания, держаться хладнокровно, она невольно скривилась. Хотелось высказать ему все, что она думала на протяжении всей своей жизни об их семейке, но слова непроходимым комом застряли в ее горле. Она испытала настоящее унижение, но далеко не от похабной шуточки… Нет, ее унизило обещание Тима. Его уверенность в том, что компания обязательно окажется в руках их семейства… Кристина и раньше думала о том, что не стоит недооценивать близнецов, но теперь ей действительно стало не по себе. Эти двое могли выкинуть что угодно, ломая на своем пути всех и каждого. Здесь уже явно выделялись черты отца, которого и по сей день боялись не только сотрудники, но и конкуренты.
Теперь, глядя на удаляющегося брата, Кристина ощутила внутри некий призыв к возмездию. Ей захотелось умыть наглеца, раздавить, размазать по асфальту, словно никчемного жука. И если еще мгновение назад она надеялась договориться с отцом о мирном разрешении разногласий, то теперь эта потребность резко испарилась. С этого момента слова матери уже не казались для нее сумасшествием и отчаянным криком обиженной женщины. Нет, она стала понимать…