Всю дорогу Пётр развлекал нас разговорами, рассказывая о разнообразных случаях из своей жизни. Пару историй даже затрагивали Максима, заставив нас с Ларисой заинтересоваться.
– Да, вычисляли мы этого мерзавца долго. Нам с Максимом пришлось почти неделю караулить его у того заброшенного дома. Тусовались как два сталкера. А потом в один из дней появилась девчушка. На вид сущий ребёнок. Шмыгнула в дом, а через пару минут вышла. Мы и за ней, – рассказывал об одном из дел Пётр.
– И что? – не выдержала Лариса, когда мужчина не продолжил.
– Да ничего, – пожал плечами Максим, отвечая вместо приятеля. – Совершеннолетняя наркоманка, помогающая этому уроду заманивать девушек. Вывела она нас на него. Повязали. И срок обоим впаяли.
– Приехали, – оповестил Пётр, останавливая машину. И мы с Ларисой выглянули в окно, обнаруживая деревянный дом и покосившийся забор.
– После рассказа о доме маньяка это место выглядит ещё более подозрительно, особенно ночью, – пробормотала Лариса, а Пётр засмеялся.
– Не бойтесь. Мы ловим преступников, а не являемся ими, – ответил мужчина.
– Пойдёмте, – скомандовал Максим, первым покидая машину. Пришлось подчиниться и последовать за мужчинами во двор. В темноте было трудно что-то разглядеть, поэтому мы сразу направились внутрь дома, оказываясь в просторных сенцах, из которых вело две двери. Пётр включил свет, и мы смогли осмотреться. За одной дверью, видимо, была кладовка или что-то вроде, а вторая вела в основную часть дома, состоящую из трёх комнат.
Небольшая кухонька, и две спальни, одна из которых проходная. Имелась даже печка, но, кажется, её давно никто не топил. В углу кухоньки ютилась газовая плита с покосившейся дверцей духового шкафа.
Рядом отдельно стоящая раковина с рукомойником и ведро под сливом. Стол посередине с двумя табуретками и выцветшей клеёнчатой скатертью, пожелтевшие от времени занавески. Идиллия.
Но сейчас мне было не особо важно в каком состоянии дом. Главное, чтобы нас тут не нашли.
– Где мы?
– Ранее тут была деревня, но со временем город разросся и поглотил собой эту часть территории. Поэтому считай мы в городе, – хмыкнул Пётр. – Только не в самой презентабельной его части.
– Это неважно. Здесь нас никто не сдаст?
– Неа. Тут и нет никого. Соседи забулдыги, которые кроме бутылки ничего вокруг себя не видят, и то находятся через пару заброшенных домов отсюда. Так что пока можно перекантоваться здесь, – ответил мужчина.
– Спасибо, Петь. Выручил, – пожал руку сослуживцу Максим.
– Пустяки. Так какой план? – усевшись за стол, поинтересовался мужчина.
– А плана нет, – вздохнула я, присаживаясь напротив. – Мы потеряли последний шанс вытащить меня из той ситуации, в которой я оказалась.
– Катя, Ларис, идите отдыхать. Уже поздно, – произнёс Максим, заботливым голосом. Но я чувствовала, что мужчина нас спроваживает. Хочет что-то наедине обсудить с Петром? Странно, но я неожиданно не захотела возражать. Я поняла, что доверяю Максиму и могу позволить ему обсудить что-то без моего участия. Он не подведёт. И если будет нужно, обязательно посвятит в свой план, который они с другом придумают. Надеюсь, придумают.
А я и в самом деле устала. И мне нужен отдых. Чего стоит обморок недавно. Я слишком наплевательски отношусь к себе и своему малышу. Хоть и понимаю, что в таком положении иначе вести себя не получится.
– Хорошо, – кивнула я, вставая со своего места и утягивая Ларису за собой в дальнюю комнату. Девушка, кажется, тоже устала, поэтому беспрекословно пошла за мной, оставляя мужчин наедине.
Уже лёжа на скрипучей кровати прямо в одежде, побоявшись использовать местное постельное бельё, я пялилась в потолок, обдумывая ситуацию со свекровью. Могла ли мне она помочь? Эта женщина вообще способна на жалость? Кажется, что нет. Но как же хочется ошибиться.
Глава 25 Часть 3 Адвокат
Следующий день мы занимались уборкой в доме. Пришлось постирать всё постельное бельё вручную, но мы с Ларисой справились. Максим, конечно, тоже помогал, приведя порядок на кухне. Честно я немного удивилась этому, ведь Лёша в жизни никогда не прикоснулся бы к тряпке. Он всегда считал, что хозяйством должна занимать женщина. Если не горничная, то я. Лёша – мужчина и он такими глупостями заниматься не должен.