Как я могла не заметить их связи? Слепая дура! А они? Они двуличные сволочи! Только не могу понять одного, почему продолжил жить со мной, ложиться в постель, говорить слова любви, когда изменял мне с Надей, зачал ей ребёнка! Почему не ушёл?
- Диан, - вновь зовёт меня предатель.
Не оборачиваюсь, слышать его голос больно, а видеть ещё больнее! Спускаюсь на последнюю ступень, сворачиваю в большой холл, щиколотка болит, опускаю взгляд на повреждённую ногу, опухла. Боже, только бы не перелом!
Иду как можно быстрее, сильно прихрамывая, на нас поглядывают сотрудники клиники и посетители. Знаю, вид у меня потрясающий! Тушь потекла, слёзы продолжают течь, конечно, они могут подумать, что слёзы мои из-за того, что я хромаю, но почему-то мне кажется, что мой крики слышала вся клиника.
- Диан, давай я отвезу тебя домой, куда ты с такой ногой за руль? – догоняет, опережает, встаёт впереди, не даёт выйти из здания клиники.
Смотрит взглядом побитой собаки! Не верю я больше этим глазам! И никогда больше не поверю!
- Уйди! – позорно хлюпаю потёкшим носом, - просто уйди, - делаю шаг в сторону, чтобы обойти его.
- Дин, я не могу уйти и отпустить тебя в таком состоянии, я понимаю, разговор у нас сейчас не получится, но позволь отвезти тебя домой, - тоже делает шаг в сторону, не пропускает.
- Домой? Куда домой, туда, где находится ваш с Надей сын? Хочешь, чтобы я дальше продолжила с ним сидеть, а ты будешь развлекаться с моей сестрой? Как хорошо вы оба устроились! Дуру жену и сестру в одном лице в няньки своему внебрачному сыну! – голос звонкий, надрывный, на грани истерики.
- Тише, - косит взгляд на стойку ресепшн, за которой столпились сотрудницы клиники.
- Уйди! – чувствую, что силы мои на исходе, ещё чуть-чуть и я прямо тут упаду и завою, как раненая волчица.
- Диан…
- УЙДИ!
На мой крик оборачиваются все, а Тарас прикрывает глаза, желваки дергаются, и наконец-то отходит в сторону.
Не теряя времени, хватаюсь за ручку двери, тяну на себя, неуклюже переступаю небольшой порожек и оказываюсь на улице. Свежий поток воздуха ударяет в лицо, зажмуриваюсь всего на секунду, и стоит открыть глаза, как в десяти метрах от входа останавливается машина такси.
Это мой шанс!
Возникает в голове, и, схватившись за поручень лестницы порожек, спешу к подъехавшей машине.
- Подождите, не отпускайте, пожалуйста, машину! – кричу девушке, что вышла из задней двери такси.
Девушка слышит меня, наклоняется к открытому окну передней двери, говорит что-то водителю, но я понимаю, она передаёт мою просьбу.
- Не спешите, водитель вас ждёт, - явно замечает мою хромоту, говорит, по сути, моя спасительница.
Если бы она сейчас не приехала сюда, то мне бы пришлось вызывать машину и отбиваться от Тараса.
- Спасибо, - благодарю, равняясь с идущей мне навстречу девушкой.
- Да не за что.
Превозмогая боль в ноге, дохожу до машины такси, задняя дверь открыта, бывшая клиентка не стала её закрывать.
- Диана! – громкий окрик Тараса подстёгивает меня, и я буквально заваливаюсь на задние сидение, рывком хватаюсь за ручку двери и нещадно захлопываю её.
- Поехали, пожалуйста, быстрее! – смотря, как бежит к машине муж, кидаю водителю.
Машина трогается в тот момент, когда Тарас подбегает к задней двери, я вижу, как он выбрасывает руку вперёд, явно хочет открыть дверь с моей стороны, но что-то у него не получается.
- Стой! – грубо кричит муж, его голос врывается в салон через переднее открытое окно, - останавливайся! – удар по багажнику.
- Нет, нет, не останавливайтесь! – кричу умоляюще.
- Не кричите, не остановлюсь, - выкручивая руль и прибавляя скорости, радует меня водитель.
- Спасибо, - выдыхаю и откидываюсь на спинку сидения.
- Не за что, куда едем? – бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида.
А и правда, куда? Куда теперь ехать? В дом предателя, к его ребёнку, с которым сейчас сидит моя мачеха? Боже! Лика знала, она знала, от кого родила её дочь! Знали все! А папа? Он тоже знал?
Руки затряслись, по телу пронеслась волна холодной дрожи.
- Девушка, так куда едем? – вновь спрашивает водитель.
К отцу? Нет! Там живёт Надя и Лика, а видеть я их не смогу!
- На Первомайскую, дом шестьдесят четыре, - называю адрес и только сказав его, понимаю, что назвала адрес свекрови.
За время пути к дому свекрови мне удалось унять поток солёной воды из глаз, перед водителем стало стыдно, он постоянно кидал на меня взгляд через зеркало, хмурился. Вот только душа горела огнём, боль была адской, а ещё пульсировала стопа, хотелось снять туфлю, но побоялась после не обуть её обратно на распухшую ногу.