Я слукавила, на самом деле мне очень хотелось добраться до сестрички. И хотя мы не были дружны, надо было её поздравить. И как бы невзначай спросить откуда у неё тот чёртов комплект белья.
Из раздумий меня вывел голос мужа.
– Что она нашла в этом хорьке, – Эдуард намекал на Максима, прищурившись посмотрел в сторону сестры. Я проследила за его взглядом, мне показалось… Да, наверное всё же показалось, они переглянулись. Мой муж и сестра обменялись морзянкой взглядов. Да нет, не может быть. Мне почудилось?
– Эдуард, какую причёску мне сделать в следующий раз? – я ничего не нашла лучше тупого вопроса, чтоб отцепить взгляд мужа от сестры.
– Что? О чём ты – он удивлённо поднял брови:
– У сестры спроси. Она лучше посоветует, на ней всё в тему : и прическа, и шмотки.
Я уставилась в стол. Ревность, обида прикатились чугунными шарами. Причём тут сестра. Как он вообще может заглядываться на постороннюю женщину, когда жена рядом.
– Сделай лицо попроще, Мария, ты среди людей. – Эдуард разбирался с салатом в тарелке, аккуратно работая ножичком.
Я мельком посмотрела в сторону сестры.
Виновница торжества Дашка сидела далеко от меня, не сводила глаз с жениха, с Максима. Странная пара, они такие разные. Я смотрела на них, диву давалась. Даша как заведённая белка: неугомонная, вёрткая, яркая. Её жених странно-тихий, остроносый очкарик. Максим молодой, а уже залысины.
Неожиданно для всех он поднялся, взял в руки фужер, постучал ножичком по стеклу, привлекая внимание. Мне Максим показался бледным. Очень бледным.
– Прошу внимания!
Все постепенно стихли, взоры были устремлены на жениха. Дашка просто пожирала его глазами. Вероятно, невзрачность фигуры её избранника покрывала с лихвой кругленькая сумма на его счетах. Даша у нас с юности знала цену всему и выгоду чувствовала за версту.
– Хочу попросить подняться моего будущего родственника.– Максим протянул руку по направлению к моему мужу:
– Тебя, Эдуард. Подойди, пожалуйста.
Мой муж от неожиданности прищурился, уставился на Максима. Нехотя поднялся. Жених повернулся к своей невесте, к Дашке:
– Пожалуйста, дорогая, поддержи нас, присоединяйся.
Дашка весело крутила головой. Кокетливо поправила платье, встала. Я чувствовала, как воздух сжимается. Не понимала почему. Хотя мне было радостно за сестру, я никак не могла стряхнуть тревожное наваждение.
Максим дождался тишины:
– Давайте поаплодируем Эдуарду – мужу Маши и Дарье – моей невесте. Они любовники!
Что он сказал… Мой муж и моя сестра - любовники?!
Наступила тишина. Минорная. Мёртвая – не то слово.
Всё. Пролети сейчас муха, все бы вздрогнули. Но, мухи, они не такие дуры. Они же летят, когда пахнет дерьмом. А здесь пахло смертоубийством. Сюда впору было слетаться грифам из африканской саванны.
– Это шутка? – первым пришёл в себя мой муж.
– А похоже? – Максим спокойно смотрел в глаза Эдуарду.
Любовь нужно уметь убить. Вот так, разом. Одним выстрелом на вылет. Меня только что размазало как плевок на асфальте. Кружилась голова, исчезли звуки. Странная тяжесть вдавила голову в плечи, Перед глазами образовалось пустое пятно, оно росло, втягивая меня…
Наверное я отключилась. Пришла в себя,
вдруг поняла, что все взгляды устремились на меня. Гости повернулись ко мне, всё стихло, время повисло тяжёлой каплей.
Я чувствовала, как неприлично вздымается моя грудь от каждого удара сердца.
У меня как будто разболелся зуб в сердце. Каждый удар провоцировал новый всплеск боли. Шумело в ушах, временами не хватало воздуха чтоб вздохнуть поглубже.
Отрава измены пульсировала по венам, растекалась ядом, сердце барахталось в нём, постепенно остывало, умирало.
Как в замедленном кино я переводила взгляд с одного лица на другое. Встретилась глазами с тёткой Элеонорой, меня снесло волной её любопытства и злорадства:
– Бедненькая Машенька. Ты теперь разведёшься, деточка, или стерпишь?
А, ну да. Я же обманутая жена. Что в таких случаях надо делать? Я не знала. От боли, что сжирала меня изнутри я не могла шевельнутся. Мир моего семейного счастья треснул. Нет, не треснул, трещину можно склеить. Мой мир раскололся, разлетелся вдребезги. Не собрать, не склеить.
Неужели мой Эдуард и моя родная сестрица… Это не может быть правдой. Вдруг вихрем налетели сомнения, я пыталась спасти ситуацию, нет, не так. Я хотела спасти своё сердце, позволить себе жить дальше с любимым человеком. Я вскочила: