– Он на работе, пока не сможет. Ты со мной поживешь? У меня тоже игрушек много. А главное, я так сильно тебя люблю. – с щемящей душу нежностью произнесла малышке.
Это были только наши минуты. Сабине было любопытно, и она согласилась.
С мамой я так и не нашла в себе силы увидеться и поговорить. Мне сложно было ее понять и простить, особенно теперь, когда я сама была мамой. Да и она сама на встречах не настаивала, даже когда узнала, что я не врала насчет Сабины.
А вот с отцом... Стоило мне переступить порог реабилитационного центра, как меня охватило чувством предвкушения, смешанным с тревогой. Прошли годы с тех пор, как я в последний раз видела своего папу, и из-за инсульта он был прикован к инвалидной коляске. Пока я шла по коридорам, мое сердце колотилось, не знала, чего ожидать от нашей с ним встречи. Я так боялась увидеть в его глазах презрение, осуждение или ненависть.
Наконец я добралась до его комнаты. Острожно отворила дверь и вошла. Он сидел у окна, и полуденный солнечный свет мягко освещал немного постаревшее, но такое родное лицо. В его когда-то ярких глазах теперь был оттенок печали, но они сверкнули узнаванием, когда он увидел меня. Слёзы навернулись на наших глазах, а эмоции балансировали на грани радости и печали.
Сократив расстояние между нами, опустилась на колени и взяла его руки в свои, дрожа от переполняющего меня чувства вины.
– Папа, – прошептала я, мой голос срывался от эмоций, – Прости меня. За всю боль, которую я причинила тебе, – слезы катились по моим щекам, а я уткнулась лбом в его кисть.
Его хватка усилилась, рука затряслась.
– Моя Ангелина, моя девочка, – пробормотал он в волнении, каждое слово давалось ему с трудом, – Не за что просить прощение. Это я не уберег. Не спас...
Папины слова пронзили мое сердце, огромная тяжесть, которая так долго мучила меня, наконец упала с плеч.
Мы разговаривали несколько часов подряд. Я делилась историями, смехом и слезами. Мы вспоминали моё детство, как хорошо нам тогда было. Я показывала ему фото и видео Сабины.
В тишине той комнаты я осознала, насколько быстротечна на самом деле жизнь. И что стоит ценить и беречь каждый ее момент. Когда солнце начало садиться, заливая комнату оранжевым светом, мы крепко держались друг за друга, зная, что это не просто воссоединение, а шанс восстановить нашу связь. В этот момент груз прошлого растворился, уступив место вновь обретенной надежде на будущее.
Мурат оплатил папину реабилитацию на год вперед, а после следовало решать, как быть дальше. Я планировала за это время накопить необходимую сумму, чтобы закрепить его результаты.
С работой мне помогла Катя. Диплом, пусть и дистанционный у меня был, правда без опыта меня взяли на самую низкооплачиваемую должность, но я не унывала. И так была сыта по горло шикарной жизнью, от которой, кроме проблем со здоровьем особо ничего не осталось.
Покидала реабилитационный центр с легкой душой. На машине ехать не решилась, слишком волновалась. Такси задерживалось и я неспешно прогуливалась вдоль ворот. Из-за задумчивости не сразу заметила, что возле меня затормозила знакомая белая Шкода. Хлопнула дверь и ко мне приблизился Саша. Я дар речи потеряла, просто стояла и неотрывно смотрела на него.
А он взял меня за руку и, притянув к себе ближе, тихо прошептал возле самых губ:
– Люблю тебя. Поехали домой?
Эпилог
Я старательно собирала разбросанные по полу игрушки, ощущая всепоглощающую радость. Казалось, они были везде, заняли собой каждый уголок нашей просторной квартиры. Удивительно, но даже ванну не пощадили. После купания и она была наполнена ими.
Занятая уборкой, не заметила его приближения, вздрогнула от нежного прикосновения его широких ладоней к моей талии. Меня сразу же захлестнуло волной тепла и любви.
– Спит? – спросила шепотом, хоть детская и была далеко и вряд ли Саби могла услышать.
Сердце ухнуло в пятки, когда почувствовала, как его губы нежно коснулись моей шеи. А по спине пробежала дрожь. Не в силах сопротивляться, повернулась в его ласковых руках и утонула в таких любимых бездонных глазах. Там плескалось столько душевного тепла и трепета.
– Еле уложил, – понизив голос до интимного, выдохнул Саша возле моих губ, – Завтра поедем в аквапарк.
– Ты ее совсем разбалуешь, – немного отстранилась и придала лицу суровости, – Никакого аквапарка!
Сабина и так из Сашка веревки вила, а он ей не отказывал ни в чем. На удивление, мой любимый мужчина не обделял своим вниманием, ни Злату, ни Сабину, воспитывая их, как сестер.
Не успела сказать еще хоть слово, как Романов подхватил меня на руки, и в перерывах между поцелуями, наполненными страстью и желанием, игриво прошептал: