— Да блин, понимаешь, Олег сейчас не в самой лучшей форме, а у нас договор с москвичами и кому-то надо ехать на встречу. Поскольку твой муж сейчас находится в состоянии либо пьяной свиньи, либо нервного придурка отправить его ну как бы с моей стороны было бы глупостью. Сам поеду. Это незапланированная поездка, и, в общем, мать Жени... Ее нет сейчас в России, а бабка, моя мама, она в санатории и как бы нанимать няньку моему лосю... Ну, это по меньшей мере глупо, потому что он тупо её не будет слушаться и будет жить все эти три дня так как посчитает нужным.
Я покачала головой и уточнила:
— А в чем проблема? Почему у тебя вызвало это такой нервный всплеск? Ты мог мне по телефону сказать, и я скорее, всего бы тебе не отказала, потому что, ну, Женя часто бывал у нас.
— Да, черт возьми, раньше я это делал через Олега, а сейчас между мной и тобой нет этой прослойки. И мне показалось, что это вообще сверх хамство и неуважение просить женщину почти на восьмом месяце беременности, посидеть с тринадцатилетним лбом.
Я хмыкнула и усмехнулась.
— Клим, все хорошо, я понимаю. Да, конечно, Лина будет, мне кажется, счастлива его увидеть. Поэтому я не вижу никакой проблемы в том, что твой сын побудет у нас.
— Спасибо, Варь, я очень ценю твою отзывчивость и помощь. И я надеюсь, ты понимаешь, что я всегда могу ответить взаимностью.
Я улыбнулась, скрыв печаль в глазах. О какой взаимности могла быть речь, если это его партнёр и друг а я всего лишь жена. Ну, по факту бесплатная нянька.
— Спасибо, конечно, но я как-нибудь сама справлюсь.
Нам принесли заказ, и за столом повисла тяжёлая тишина. Клим пару раз попробовал свой суп, а потом, отложив ложку, поднял на меня глаза.
— Ты знаешь то, что он пьёт?
Я опустила взгляд и тяжело вздохнула:
— Это меня это не интересует, — говорить было физически, больно. Я чувствовала уколы совести, а ещё мне было тяжело по той простой причине, что Олег никогда не был человеком, который пил, дебоширил или делал что-то подобное и такое поведение для него было не нормой, но бежать к нему, вытирать сопли после того, что я испытала, после его предательства... Я сама себя уважать перестану.
— Варь, ну ты же понимаешь, что сейчас он никого, кроме тебя, не послушает..
— Клим, у него есть Зоя, там помощников и советчиков, и без меня очень много. Мы разводимся. Так случается, какой бы хорошей не была семья. Иногда происходят страшные вещи, такие как беременность малолетней любовницы, и все, что с момента, как я узнала об этом, меня теперь перестало волновать. Он может пить.
Он может хоть упиться. Он может проиграть бизнес в карты. Он может пустить его с молотка. Он может пустить в дом каких-нибудь нелегалов, и пусть они там живут.
Мне абсолютно без разницы, что сейчас будет делать Олег — я говорила и ощущала, как бешено билось сердце, потому что это первая реакция, когда человек врёт. Вторая реакция, это когда к лицу приливает кровь, правильно же говорят, сгореть от стыда. Вот я сейчас и горела, потому что мне было не плевать. Столько лет брака не выкинешь за пару недель. Столько лет брака не позволят просто по щелчку пальцев взять и разлюбить человека. Я знала, что он чудовище, я знала, что он предатель, но сердце противно сжималось, когда Клим говорил о том, что он губит себя, он пьёт и не будь между нами его измены, я бы первая дёрнулась к нему на встречу.
Клим тяжело покачал головой и больше не стал ничего рассказывать мне. Хотя я, если честно, и не собиралась настаивать на этом, я просто понимала, что это все глупо. Давыдов проводил меня до такси и сказал, что утром привезёт Женьку. Он как раз будет ехать в аэропорт, и поэтому утро может наступить немножко раньше, чем мы с Линой привыкли. Я кивнула, ощущая осадок от нашего обеда и села в такси.
Я добралась до дома родителей очень быстро, и я даже не стала подниматься, просто попросила маму собрать Лину, потому что уже было изрядно уставшей.
Многие рассказывали, что под конец беременности у них там просыпается нереальная энергия. Жизнь бьёт ключом, кто-то делает ремонт, кто-то едет в круиз.
Я хотела просто спать, лежать, обнимать себя руками, гладить по животу и спать, поэтому я очень была благодарна матери, что она вместе с Линой ещё и отправила нам обед и ужин. Я знал, что завтра, когда приедет Женя, я просто буду пользоваться доставками. И передвигаться на такси, если куда-то надо, а все остальное время я планировала провести либо на диване, либо в постели, мониторя периодически сайты с вакансиями. У меня физически не было сил проводить много времени на ногах, живот тянуло все равно, поясницу ломило так сильно, что иногда казалось, будто бы в неё долото вбивали.