— Я, честное слово, вас не видел. Я не понимаю, как вы оказались вообще на проезжей части, причём вы уже падали, когда я только заметил ваши волосы у себя перед капотом, господи, я же мог нахрен вас переехать.
Мужчина тяжело вздохнул, облизал губы. От него резко пахнуло горячим, почти жжёным кофе. А потом сверху наложился табачный аромат. Я судорожно сглотнула.
— Что вы хотите сделать?
— Хочу вас поднять и быстрее всякой скорой отвезти в больницу. Я не знаю, сколько мы будем ждать. Это двадцать минут может длиться.
Мужчина просунул под меня одну руку, вторую поддел под мои колени. Я ощутила нестерпимую боль в копчике, внизу живота, в самом животе.
Малышка не пиналась.
От этого становилось ещё страшнее. Мне казалось, что все кончилось, все разрушено.
— Тихо, тихо, тихо, тихо... — начал причитать мужчина. — Тихо, тихо.
— Женщина, меня женщина толкнула. Вы видели её?
— Какая женщина? Я не видел. Я, правда, не видел ничего. Господи, простите меня, пожалуйста, я не представляю, что случилось.
Одним рывком, безумно болезненным, мужчина поднял меня на руки и резко встал.
Я взвыла, закусила губы почти до крови.
— За шею, за шею возьмите меня, за шею..
— Я не могу, у меня рука не шевелится, — прошептала я, заходя в какой-то вираж истерики.
— Сейчас все будет. Все будет. Как вас зовут? Скажите мне, как вас зовут:
— Варя.
— Красивое имя какое Варя... Вы кого ждёте? Девочку или мальчика?
— Девочку.
— Хорошо, она будет такая же красивая, как и вы, Варвара, вы только не бойтесь. А меня Базиль зовут.
Я тяжело задышала, прикрывая глаза. Рука, которая шевелилась, правая, я её прижала к низу живота.
— Вы только не бойтесь, Варвар, пожалуйста, не бойтесь, все будет хорошо.
Базиль, значит, Василий.
Василий донёс меня до машины. Дёрнул пальцем ручку задней задней двери и попытался усадить меня на сиденье, но вместо этого я повалилась, опять падая на руку, которую не чувствовала, взвыла.
— Варвара тихо, тихо. Все хорошо, все хорошо, сейчас я обегу машину и помогу вам нормально лечь. Сейчас, вот смотрите, у меня здесь подушка племянницы есть. Давайте под голову подложим.
— Мне надо в больницу, что-то не так с ребёнком, с ребенком что-то не так.
— Святые угодники. Господи! — Василий обежал машину, хлопнул водительскойдверью. — Я буду быстро, самое главное, вы только со мной говорите, что-то рассказываете.
— Мне страшно, мне больно.
— Какой у вас срок, Варвара? Какой у вас срок?
— Мне рожать примерно через месяц только..
— Черт, — выдохнул Василий.
Я поняла, что мы уже какое-то время оказывается, ехали.
— Все будет хорошо, Варвар. Все будет хорошо.
Я не знала нормально или ненормально при таких авариях вообще уезжать с места происшествия, но я не могла терпеть. Если мне, чтобы спасти моего ребёнка, надо на что-то закрыть глаза, я закрою, но я не могла позволить себе ожидание.
— Мне надо кому-то позвонить? Вашей матери, кому-то ещё?
Нет, маме не надо звонить. Кому, кому я должна позвонить, набрать мужа?
— Мужа набрать.
— Да, хорошо, хорошо. Глупость спросил конечно, у такой красивой женщины должен быть муж. Глупость однозначно сморозил. Да.
Машина пролетела через проспект. Я ощутила, что кости таза стали почти трещать.
Я сцепила зубы, боясь прикусить язык, застонала, поджимая под себя ноги, стараясь, чтобы было хоть чуточку не так больно.
— Варя, Варя, говорите со мной, мы почти приехали, я не знаю, хорошая эта больница, не хорошая, но она самая ближайшая.
— Мне больно, — только и могла прошептать я. — Мне очень больно.
Василий остановил машину, выскочил из неё, что-то крикнул на улице. Я не поняла, что дверь задняя открылась. Он потянулся ко мне.
— Варвара, давайте, давайте я помогу вам вылезти.
Он потянул меня на себя, стараясь запрокинуть онемевшую руку себе на плечо, но я от этого ещё сильнее взвыла, прикусывая губы. Во рту появился металлический привкус.
— Тихо, тихо. Простите, я не подумал. Так давайте сюда.
Дверь машины хлопнула, я растерянно смотрела в напуганное, искорёженное страхом лицо Василия.
— Все будет хорошо, Варвар, все будет хорошо.
Но почему-то внутри я понимала, что ничего не будет хорошо.
Уже не будет...
28.
Олег. Вечер, когда пришла Зоя.
— А ну иди сюда, моя родная, — я резко дёрнул Зою в дом, и она, оступившись, пролетела, можно сказать, на холостом ходу ещё несколько шагов. Затравленно обернулась ко мне и обхватила себя руками.
— Олег что случилось?
Грёбаные пирожки разминались у меня под ногами.
— НУ, это я у тебя хочу спросить, что случилось? — спросил я холодно и начал наступать на Зою. Меня раздражал сам факт того, что какая-то девка посмела что-то высказывать, на что-то надеяться и тем более доставлять какие-то неприятности Варваре.