Я холодный человек, я расчетливый человек, но я всегда понимал, что Варя это единственная женщина, с которой я могу себя чувствовать живым, и мой косяк в том, что я допустил предательство в семье. Но я не потерплю, что это предательство ещё будет иметь такие охрененные последствия. Мне достаточно того, что эта дура залетела.
— Олег, почему ты так со мной говоришь? Ты же знаешь, я беременна, и у насбудет мальчик.
Эти слова саданули меня по сознанию, потому что, черт возьми, это малодушно сидеть и надеяться там на какой-то непонятный выкидыш, ещё на что-то, но я реально не расстроился бы, если бы так произошло.
Это цинично, это зло, и даже это низко, но я понимал, что на одной чаше весов лежит моя семья: Варвара Лина, наша маленькая дочка, которая скоро родится, а на другой стороне перепих. Я ни в коем случае не расценивал второе важнее первого.
— Ребёнок родится у тебя. Если это мой ребёнок, в чем я очень сильно сомневаюсь, то я его просто заберу, поэтому не надо закатывать глаза и строить какие-то непонятные замки из песка о том, что вот когда родится ребёнок, тогда Олег бросит свою жену. Тогда я буду, у него единственной. Нет. Нихрена, Зой. Ты просто девка, которая вовремя подвернулась, когда мне это нужно было. Да, меня это не красит. Да, это дерьмовый поступок воспользоваться ситуацией того, что ты такая интересненькая, пьяненькая стояла, голосовала возле остановки, чтобы тебя подвезли до посёлка, но ты сама полезла ко мне в штаны. Я тебя не принуждал. Я не просил от тебя ничего. Так что давай расценивать как-нибудь иначе эту ситуацию, тем более я был с резинкой. И не надо мне клясться и божиться о том, что это мой ребёнок. Я не верю нихрена в совпадения и случайности.
— Олег как ты можешь так говорить? Ты понимаешь, что ты мне делаешь больно.
— А ты понимаешь, что ты разрушила мою семью? Ты себе настроила каких-то фантазий о том, что вот будет ребёнок, он в меня влюбится. Да нихрена я не умею любить. Я тварь последняя, я законченный ублюдок. Я не умею любить. Нет в моём лексиконе слова «любовь», как ты этого понять не можешь?
— НУ возможно, ты бы когда-нибудь смог влюбиться?
— Нет, не смог бы, потому что я люблю одну женщину. И это моя супруга. Твоя беременность ничего не решает. Разводиться я не собираюсь и тот факт, что Варя уехала в городскую квартиру, не даёт тебе никакого права заваливаться ко мне со своими пирожками и уж тем более подговаривать свою чокнутую мамашку о том, что все будет иначе. Ни черта не будет. Меньше через месяц Варя вернётся обратно сюда. А где будешь ты через месяц? Это еще надо подумать, потому что с каждым божьим днём меня все сильнее напрягает присутствие тебя и твоей чокнутой семейки у меня под боком, а ты прекрасно знаешь то, что я свой бизнес строил не на подкупах и взятках. Я свой бизнес выгрызал зубами. И поэтому, если мне надо будет, чтобы ты нахрен отсюда свалила, ты свалишь вместе со своей чокнутой мамашей. Ещё раз увижу, что ты приблизилась к моей жене, я с вас со всех шкуру поспускаю..
— Олег ты слишком резок. Ты понимаешь, что я переживаю. Я боюсь, я нервничаю.
— Господи, хорош заливать — я нервно зажал пальцами переносицу, испытывая неимоверное желание просто придушить эту дуру. И ведь вот кому расскажи о том, что все было хреново в браке... Но у этого хреново есть тенденция меняться. Я понимал, что Варя родит появится ребёнок, появятся няньки, дома появятся родители, она расслабится. Она успокоится, все вернётся на круги своя. Я все это прекрасно понимал, но одно дело понимать это головой, уговаривать себя, договариваться со своим организмом и совсем другое, когда тупо хочется трахаться.
Жестко, без ограничений, без вопросов.
А тебе так удобно или может быть, как обычно на бок?
Я просто хотел трахаться. И один раз, потеряв контроль над ситуацией, выпустив на волю свои желания, я огребал такие последствия.
Головой я прекрасно понимал, что совершаю что-то дерьмовое. Но меня так несло на эйфории возбуждения, что тело почти не слушалось, тело работало за меня.
И да, я пытался скрыть последствия всего этого дерьма, но через какое-то время мне не позвонила Зоя и сказала, что у неё задержка.
Я ведь все объяснил ей, как только подкинул её до дома. Я ведь все объяснил о том, что это ничего не значит, сунул ей бабла, чтобы платьишко себе новое купила и ведь договорились. И вылезла из машины счастливая.
Но нет.
Потому что предатели всегда получают по своим заслугам. Закон мироздания такой!
— Я надеюсь, ты меня услышала, — сказал ей тяжело. Зоя покачала головой, то ли не понимая, что я пытался от неё добиться, то ли говоря мне о том, что она ни хрена не слышала. Я зарычал, и на её глазах выступили слезы. Мне хватило одного, того, что она зашла в палату к Варваре. Она уже не первый раз слышала от меня эти слова, но никак не могла понять. — Тогда объясняю доходчиво, села на жопу и прижала её. Как только наступит время для внутриутробного теста днк, ты его сделаешь. Не сделаешь — крутись дальше сама как хочешь, мне плевать. Что ты там будешь рожать, кого ты будешь рожать. Хоть игрушку, хоть зверёнка. Хоть неведомо ребёнка. Но твой отказ от теста будет говорить о том, что этот ребёнок не мой, и, соответственно, никаких претензий выкатывать никто мне не сможет. И даже если потом, когда ты родишь каким-то волшебным образом окажется, что я отец ребёнка, это все равно не поменяет дело. Ты пойдёшь и в ближайшие пару недель сделаешь этот грёбаный тест. А я буду рядом и буду наблюдать, чтобы никто не влез в результаты анализов.