— Ну да. — медленно протянула дочка и мое сердце сдавило так сильно, что казалось сейчас оно лопнет.
— Папа приведет чужую тетю, ты же понимаешь.
Я судорожно вздохнула и дернулась рукой к лицу, чтобы вытереть слезы.
— Да, я понимаю, что папа приведет домой Зою, — спокойно отозвалась Лина, и у меня тут же слезы высохли на глазах.
Я медленно посмотрела на дочь почти расширенными от ужаса глазами.
Лина, ничего не подозревая, гладила мой живот, и я нервно уточнила.
— В смысле?
Лина подняла глаза и объяснила.
— 3ою, я ее голос узнала по телефону... — сказала бесхитростно дочь, а у меня перед глазами жизнь пролетела. Я опустила взгляд и безжизненными губами выдохнула:
— Так ты все знала.
6.
— Что я знала? — недоверчиво уточнила Лина и сузила глаза.
— О том, что... — я прикрыла глаза, решаясь произнести вслух про любовницу мужа. — О том, что Зоя и твой папа...
Кто вообще эта Зоя? Откуда Лина ее знает? Он привозил эту Зою пока я была в больнице и познакомил с дочерью? Черт возьми, он совсем с ума сошел, чтобы по ребенке изменять?
— Что Зоя и папа? — нахмурила бровки Лина и встала с кровати. Остановилась напротив меня. — Ты про что говоришь?
Я тяжело выдохнула. Потерла пальцами переносицу и спросила иначе.
— Что ты знаешь про Зою и папу? — я посмотрела на нахмурившуюся дочь и поняла, что мы разговаривали на разных языках, либо ей было неловко это обсуждать со мной.
— А что я должна про них знать? — уточнила Лина, и я медленно встала с кровати, придерживая живот.
— Но ты же сама сказала, что папа приведет Зою. Откуда ты ее знаешь? Как ты ее узнала по голосу? — быстро спросила я, стараясь не выдать никакого волнения, хотя у самой по спине пот градом катился.
— Мам! — протянула Лина и обошла меня, взмахнула ручками. — Это же Зоя Анисимова, через две улицы! Мы с Таней, ее младшей сестренкой, в школу вместе ходим. Она в «в» классе. Ты что ее не узнала?
— А ты видела их или папа тебе что-то рассказывал? — спросила я нервно, ходя вдоль окна.
— Нет, мам, я по голосу узнала. Она он нас с Таней иногда забирала со школы... —покачала головой дочь, и я на нервах шагнула к двери.
— Милая, подожди меня здесь. Я сейчас к папе схожу...
Лестница была крутой, поэтому я крепко вцепилась в перила и не видя из-за живота ступенек, стала осторожно спускаться.
— где мои родители? — первое спросила я, потому что если он заставил ждать меня в машине, то это совсем дно.
— Я их отправил домой.
Я налетела словно бы на стеклянную стену и уточнила:
— Зачем? Ты зачем это сделал? Я должна была с ними уехать... — сказала я нервно, приподнимая подол, чтобы подойти ближе и не орать через всю гостиную.
— Ну значит не уедешь... — оскалился Олег, и я поняла, что он специально! Он специально оставил меня с дочерью, а сам пошел и выставил всех родителей.
Ну он.
— Ты... Ты просто лицемерный... — начала я, задыхаясь, потому что у меня слов не хватало на такое поведение. Черт возьми, и это человек, который все двенадцать лет был с моими родителями в хороших, теплых отношениях.
— Знаю, знаю, — отмахнулся Олег и сделал шаг в сторону, огибая кухонный остров.
— А еще ты спал с дочерью соседей! — всхлипнула я нервно. Наверно лимит самообладания подходил к концу. — Господи, где были твои мозги. Она же... да господи, Олег, сколько ей лет?
Мое сердце просто рвалось из груди, а кровь кипела казалось на максимальной температуре.
— Достаточно, чтобы прыгать в машины к взрослым мужикам... — зло и холодно отозвался муж и прошел мимо меня к террасной двери, приоткрыл ее и вышел наружу, присел в кресло и посмотрел на меня вопросительно.
— Знаешь что... — начала я. В горле уже саднило от слез, от давления, а голова начинала раскалываться.
— Нет, не знаю. Хотя пожалуй, бы узнал откуда ты узнала имя... — философски холодно заметил Олег и качнул в пальцах бокал, ослепив меня бликом стекла.
— Да это дурак не понял только. Голос... Господи. Это даже не какая-то коза с работы, это не проститутка. Ты совсем, что полез гадить туда где ешь? Она беременна.
— Это не твое дело, — обрубил меня Олег — Не истерила бы, все было бы хорошо, но тебе же надо раскачать лодку чтобы она перевернулась. Тебе же мало было моего заверения, что это тебя не касается...
— Как это меня не касается, если муж, с которым я двенадцать лет просто взял и к чертям все вывернул и выпотрошил. Ты как чудовище. Ничего святого. — я отшатнулась от двери террасы, и Олег звонко ударил бокалом о столик.
— О святости решила поговорить? — прогремел голос супруга из-за спины. — А где была твоя высокая мораль, когда мы выбирались из долговых ям? И ты даже не представляешь каким образом! И ты никогда не знала чего мне это стоило!