Правое запястье Олега было все покрыто красными набухшими волдырями, которые тут же лопались, на шее был здоровенный след, такое чувство, как будто бы наживо сняли кожу.
— Скорая.
— Какая, к чертовой матери скорая? Звони охране, — рыкнул Олег и, распахнув руки, кивнул в сторону двери. Его шатало, и взгляд был расфокусированный. Я под действием шока набрала охрану и закричала:
— Пожалуйста, поднимитесь, поднимитесь!
В следующий момент я уже звонила в скорую и судорожно пыталась объяснить.
— Я не знаю, что это было. Я не увидела. Нет, мне кажется это кислота, —произнесла я нервно, ив этот момент дверь хлопнула.
Я обернувшись, увидела, как Олег медленно, опершись о стену, попытался присесть на банкетку. Катя кричала, диспетчер что-то мне говорила.
— Олег, вещи, вещи сними, — прохрипела я нервно. Я не представляла, что это за идиотизм, чем она облила его, что это такое было.
— Тихо, — хрипло произнёс Олег, пытаясь рукой нащупать карманы, — быстро ушла в детскую.
Я нервно кивнула и заскочила в комнату, закрыла дверь, стала быстро стягивать с Кати одежду, осмотрела себя, стянула плащ, бросила на пол.
Я не знала, попало ли куда-то на одежду, я боялась, что вдруг могло задеть как-то ребёнка.
Катя, оказавшись в коконе, тут же притихла, я дала ей соску, и она зачмокала губами.
В следующий момент я выскочила из спальни и дёрнулась в сторону Олега, но он выставил руку.
— Не подходи, я не знаю, что это за дрянь.
Дверь распахнулась и влетел один из охранников.
— Что случилось?
— Дрянь в коридоре чем-то плеснула.
Охранник дёрнулся к Олегу. Начал быстро расстёгивать его пальто следом рубашку, потом подхватил, подставил плечо и поднял мужа.
— Так сейчас. Сейчас нам надо в ванну. Надо все это стереть...
— Это нельзя стирать водой! — пискнула я.
— Да да, я знаю, Варвара, — хрипло ответил мне охранник и шагнул вместе с мужем в открытую мной дверь. — Полотенце что-нибудь.
Я дёрнулась в сторону гардеробной, похватала все полотенца, которые были, а ещё схватила детские пелёнки, потому что они были эффективнее из-за того, что у них не было почти ворса, а значит впитывать они должны были лучше.
Олег, словно после удара, качал головой.
— Так сейчас все будет хорошо, все будет хорошо, — успокаивал охранник. — Я же говорил надо было с вами подняться.
— Да тихо тебе, — зло оскалился Олег.
— Нет, нет, не включайте воду, — прохрипел охранник, стараясь поймать руку моего мужа, но в последний момент одумался, потому что волдыри начали сильнее лопаться, и охранник, выхватив пелёнку, просто обмотал ей ладонь моего супруга.
— Так сейчас, сейчас главное на лицо не попало, глаза все нормально, в фокусе?
— Да, в фокусе, — выдохнул муж, тряся головой.
— Почему вы так делаете, вас ударило или что?
— Запах, не могу.
Пахло действительно отвратительно то ли какой-то химией, то ли чем-то щёлочным, а плюс ещё ко всему обожжённая кожа, не прям горелая, а вот именно обожжённая, как бывает после белизны.
Я не понимала, сколько времени прошло.
Я просто моталась туда сюда от ванной к детской, проверяла Катю, вытащила оттуда все вещи, которые успела скинуть.
Охранник в какой-то момент повернулся ко мне.
— У вас все в порядке, на вас не попало?
— Нет, нет, выдохнула я.
— Так хорошо.
Охранник вытащил мобильник и, быстро набрав какой-то номер, уточнил:
— Ну что там у тебя, ничего, ага, ждём ментов, как приедет скорая, сразу её к нам отправь. Да, я понимаю...
Скорая приехала буквально через десять минут, бригада зашла и стала задавать вопросы, но охранник это все очень быстро разруливал, и Олег в какой-то момент зарычал.
— Да сделайте нахрен уже что-нибудь.
— Нам надо ехать в больницу, — признался фельдшер.
У меня затряслись губы. Я покачала головой, но Олег бросил на меня взгляд и хрипло произнёс:
— Сиди, сейчас надо позвонить родителям, пусть родители приедут...
— Почему так произошло, чего она хотела?
— Вероятнее всего напасть только на этот раз, чтоб с гарантией, — выдохнул мужи, тяжело опершись о охранника, встал. — Никуда не дёргайся, тебе позвонят, все будет хорошо.
Он обернулся ко второму охраннику.
— Менты приехали, разрулишь, потом быстро сюда, можешь вызвать кого-то третьего, чтобы все это утряслось. С жены, с детей глаз не спускать, Олег говорил слишком медленно, и я понимала, что он корчится от боли.
— Олег я не могу. Я поеду с тобой. Я сейчас одену Катеньку..
— Дома сидите, — хрипло выдохнул муж, — не дёргайся никуда.
Но я покачала головой, боясь отпускать мужа куда-то одного в таком состоянии. Это было настолько ужасно, что просто невыносимо.