– Значит, она тебя не зря предупредила, – пытается приободрить Мила. – Зара бы не стала тебя просто так кошмарить. Попробуй хорошенько вспомнить ее слова. Даже записать, пока не забыла.
Киваю. Конечно, ничего записывать не буду. Рассказала про гадалку чисто, чтобы разговор разбавить. Но уверена, что, все же, чисто просто совпадение.
Закончив обед, к которому я почти не притронулась, мы выезжаем в сторону школы. Успеваем как раз к звонку на перемену. Ян вылетает по лестнице к гардеробу школы с широкой улыбкой на лице.
Оказывается, с Максимом они уже знакомы. Услышав, что мы едем к ним в гости, оба обрадовались. Кажется, все идет отлично и даже не вызывает подозрений.
Смотрю на мальчишек, которые уже вовсю строят планы на вечер. Максим ниже Яна ростом и с вихром светлых волос, как у матери. Мой сын, с голубыми глазами и длинными спутанными волнистыми волосами. Прическа скейтера, как он говорит. Ненавидит стричься.
Перехватываю взгляд Милы. Смотрит на меня приободряюще, мол, видишь, все хорошо. Киваю.
Загружаемся в машину, и я везу всех к Миле. Живут они недалеко от школы. Парни уткнулись в телефоны, видимо, играют в какую-то онлайн игру. До нас периодически доносятся их жаркие возгласы:
– Ты где? Да тут я! Я тебе не вижу! А все, вижу! Бежим к причалу! Это твоя лодка? Да нет, я еще не сделал. Ща. Вот видишь? Прыгай! Все, я запрыгнул, погнали. Да куда ты рулишь? К скале рули! Да знаю я!
И так далее в этом духе.
Доезжаем быстро. Поднимаюсь вместе со всеми в квартиру. Понятия не имею, как скажу сыну, что он останется здесь, а я поеду домой без него.
Мила с Максимом живут одни в скромной двушке. Мужа у Милы нет, но я не знаю почему. Спросить в лоб — мне показалось нетактичным.
Мальчишки сразу бегут в комнату Максимки и закрываются. Мила улыбается и пожимает плечами:
– Я не удивлюсь, если они даже не заметят, что ты ушла, – смеется она.
Высидев полчаса и выпив чашку чая, я все еще мнусь. Думаю, как объяснить все сыну.
– Давай я, – говорит Мила. – Ты что-то больно загоняешься.
Она встает, заглядывает в комнату мальчишкам:
– Эй, народ, вы хоть форточку откройте, – говорит громко, – сидите тут в духоте.
Слышу звук открывающейся форточки. Встаю, тоже заглядываю в комнату. Мила продолжает:
– Может, пиццу закажем? – начинает она издалека.
Мальчишки подпрыгивают с ультимативным “ДАААА!”
– Хотя, – бросает взгляд на часы подруга, – пока привезут, уже поздно будет. Если только Ян не захочет остаться.
– Хочу! – кивает Ян, глаза горят, словно он пиццу в жизни не ел. – Мам, можно? – смотрит на меня умоляюще.
Ну, Мила, ты хитрюга! Отдаю подруге должное за ловкость.
Через пару минут уже с легким сердцем за сына, спускаюсь к машине. Но быстро возвращаюсь к реальности.
Живем мы за городом. Пока доезжаю, чувствую себя измотанной и выжатой, как лимон. Уже начали спускаться сумерки.
Захожу в дом. Меня встречает лишь оглушительная тишина. Бросаю ключи, разуваюсь. Прохожу через зал. Мимо наших семейных фотографий на стенах. Теперь они кажутся ненастоящими. Словно из рекламы майонеза. Все наше семейное счастье – ложь.
Чувствую слабость во всем теле, падаю в кресло. Распластавшись как кукла, смотрю в потолок. Он словно надвигается на меня и вот-вот раздавит. Хорошо бы поплакать, да выплакать все, что накопилось. Но не могу. Видимо, слез уже не осталось.
Я сижу и жду мужа. В этот раз — никаких отговорок. Теперь это точно — развод!
Глава 6
Год назад
– У всех случаются разногласия, – увещевает меня мама, мешая ложкой сахар в чае. – В конце концов, каждый может оступиться.
Стою к ней спиной, мою посуду. Прошла почти неделя с момента, как узнала о похождениях мужа, и как мы с Яном переехали к родителям. Но уже чувстввуется, что им с нами некомфортно. Они явно не ожидали такого поворота событий.
Что ж, как и я. Только больше нам идти некуда. Чтобы снять квартиру, нужно сначала найти работу. А я, как закончила Университет, так нигде ни дня и не работала. Сразу вышла замуж. Потом родился Яник.
Да и муж мой из тех, что считает, что лучшая работа для женщины – быть хорошей матерью и женой. Последний год просил подарить ему второго ребенка. Когда я заикалась о работе, сразу хмурился, и настойчиво отговаривал. Короче, денег у меня своих нет. А родительская двушка явно мала для нас четверых.
– Мы с отцом тебя поддержим, что бы ты ни решила. Но только подумай сначала, как ты одна будешь растить сына, – продолжает мама, несмотря на то, что я никак не участвую в разговоре. Только яростно тру тарелки.