– Завтра мы идем на балет.
Глава 17
Смотрю на Демида в ступоре.
— На балет? Я не ослышалась? — спрашиваю нахмурившись.
— Два билета на балет «Щелкунчик», — подтверждает Демид, демонстрируя мне билеты.
Смотрю на него распахнутыми от недоумения глазами. Вообще не знаю, как реагировать.
Я не была в театре с момента аварии. А как зритель — вообще уже не помню, когда. Мысль о том, чтобы сидеть в зале, не зная точно, смогу ли вернуться на сцену, и смотреть, как танцуют другие — наполняет меня волнением и тревогой.
С другой стороны, я, правда, скучаю по этой атмосфере. И “Щелкунчик” — что может быть лучше в канун Рождества?
— Ты умеешь удивить, — потрясенно смотрю на Демида. — Жаль, забыла прихватить свои нарядные платья.
Он убирает билеты обратно в карман пальто:
— Купим новое. Видел в десяти минутах пешком есть универсам с брендами, — невозмутимо заявляет он. — Мне тоже надо будет купить костюм. Может, прогуляемся сегодня, как отдохнешь?
— Да я не устала, — отвечаю с готовностью.
За шесть недель в больнице так наотдыхалась. Мне будет за счастье просто куда-нибудь выйти.
— Тогда можем прямо сейчас, — предлагает Демид. — Вызову такси.
— Зачем такси? — спрашиваю, вставая с дивана. — Ты же сказал, в десяти минутах.
— Да, но тебе только сняли гипс… — начинает возражать Демид.
Перебиваю, смотрю на него щенячьими глазами:
— Ну пожааалуйста. Я сидела взаперти целую вечность! Хочу пройтись, хоть немного!
Он быстро сдается. Вооружившись костылями, мы выходим из дома. По Нюрнберг штрассе идем в сторону универсама со скоростью один километр в час.
Демид следит за каждым моим движением, то и дело предлагает понести меня:
— Я сама! — рычу на него.
Вдыхаю холодный воздух, иду улыбаюсь. Через пять минут уже устала. Но все равно довольная. Проходящие мимо люди даже не подозревают, какие они счастливчики, что им не нужны эти палки!
Наконец, доходим до цели. «Универсамом с брендами» оказывается знаменитый “КаДеВе”, аналог московского ЦУМа.
Растерянно смотрю на Демида. Я знала, что у него состоятельная семья, и, что сам он успешный бизнесмен. Но, честно говоря, мало имею представления о его доходах. Он что, настолько богат?
Странно, почему не так удивило, что он оплатил мое лечение и жизнь в центре Берлина. А вот покупка платья меня прям впечатляет.
Идем по галерее бутиков, разглядываем витрины.
— Смотри, какое платье! Тебе нравится? – кивает он на витрину “Диор”.
Ну, конечно, нравится. Как такое может не нравиться! Заходим внутрь, Демид сразу всем сообщает, что я «звезда русского балета». Совсем с ума сошел!
Девушки хоть немного скептически смотрят на мой ортез и кичку на голове, но вида не подают. Помогают примерить платье с витрины.
Стою в примерочной, смотрю в зеркало и чувствую себя королевой. Даже с кичкой. Даже с ортезом.
Черное платье в пол из плотного кружева — просто ода элегантности и готике. И удачно закрывает мой страшный ортез. У платья длинные рукава и глубокий волнующий V-образный вырез. Широкий пояс подчеркивает мою узкую талию. Идеально.
Начинаю вспоминать, что значит быть примой. Да что там примой, чувствую себя героиней викторианского романа!
Страшно подумать, сколько стоит это платье.
Выхожу из примерочной, чтобы показаться Демиду. Он сидит в кресле, лениво листая журнал. Поднимает голову и... его глаза распахиваются от удивления. Взгляд буквально сканирует меня с ног до головы.
— Ну как? — спрашиваю, пытаясь скрыть волнение.
Демид молчит, продолжая меня разглядывать. На его обычно суровом лице появляется восхищение, которое он не в силах скрыть.
— Ты... — начинает он, запинаясь, что на него совсем не похоже. — Потрясающая, Диан.
Смеюсь, чувствуя, как щеки начинают гореть.
— Думаешь, мне идет? — спрашиваю, вертясь, чтобы он мог рассмотреть платье со всех сторон.
Он встает, подходит ближе и, не отрывая взгляда, говорит:
— Ты выглядишь как королева. Это платье создано для тебя.
Сердце замирает. Он смотрит на меня с такой теплотой и восхищением, что становится трудно дышать.
— Спасибо, — шепчу я, опуская глаза. — Но ты же знаешь, что я не могу позволить себе такое платье.
Он слегка улыбается, наклоняясь ближе, шепчет:
— Позволь мне сделать тебе подарок. Мне будет очень приятно.
Смотрю на него, пытаясь прочитать его мысли. Я вижу в его глазах нечто большее, чем просто дружескую заботу.