Глава 7
Мама заходит в гостиную вслед за Демидом. Бросаю на нее свирепый взгляд.
Нафига она его впустила?!
Стою зареванная, одетая в черт-те что, с проклятым гипсом и костылями. Прима... не женщина, а мечта! Поправляю растрепанные волосы, мда, а толку то, выгляжу все равно убого. Смотрю смущенно на Демида с цветами.
— Спасибо. Цветы красивые. А торты я не ем, — отвечаю ему холодно. — И гостей я не ждала, так что прошу меня извинить.
Отвожу взгляд и ковыляю в свою комнату.
— Это «Анна Павлова». Специально для тебя сделали, минимум калорий, — говорит он мне в спину.
Я не оглядываюсь и не останавливаюсь. Приперся со своим веником! Мне это зачем? Пусть проваливает к своей невесте!
Слышу, как он ставит корзину с цветами и торт на стол.
— Диан, надо поговорить, — идет за мной.
Не успеваю зайти в комнату и закрыть дверь – он заходит следом.
Задыхаюсь от возмущения, собираюсь на него наорать. Это явное нарушением моих границ!
Уже набираю в легкие воздуха, но делаю неловкое движение и роняю костыль. Чуть не падаю вслед за ним, теряя равновесие. Демид вовремя оказывается рядом, подхватывает меня за талию:
— Эй, ты давай тут, без пируэтов, — подшучивает, возвращая мне устойчивость.
Краснею как рак. А от его мокрой куртки, теперь и моя пижама вся намокла.
— Я же сказала, я гостей не ждала! — стряхиваю с себя капли дождя.
Демид поднимает костыль, протягивает мне.
— Знаю, но есть разговор. Садись, — кивает на кровать.
Офигеть! Приперся ко мне в дом и еще командует тут! Вспоминаю, почему не стала с ним встречаться — грубый, неотесанный чурбан!
Семья Демида занимается каким-то бизнесом. А он продолжает семейное дело. Привык, видать, командовать всеми налево и направо.
— А невеста твоя в курсе, что ты с цветами ко мне таскаешься? — спрашиваю, зло прищурившись.
— Причем тут это? — отвечает он. — Диан, не скандаль. Серьезную вещь хочу обсудить.
В комнату следом за нами заходит мама, поддакивает:
— Диана, ну разве можно так с гостями… – начинает меня отчитывать.
Но Демид ее перебивает:
— Тамара Владимировна, поставьте чайку пока. Сейчас все вместе и попьем.
Ну и наглец!
Мама смотрит на него удивленно, но не смеет возразить. Кивает и уходит. Но прежде кидает на меня свой фирменный мамский взгляд, который означает: “веди себя прилично!”.
Она выходит. Демид закрывает дверь.
— Что тебе нужно? — строго смотрю на него.
Даю понять, что меня не устраивает его присутствие. И прогибаться под него я не собираюсь.
Он расстегивает куртку садится сам на ближайший стул.
— Уверена, что хочешь стоять? — снова спрашивает, но встречает лишь мой злющий взгляд. — Ок.
Обводит взглядом мою комнату, словно собираясь с мыслями.
— Значит так. Мы отправили твою историю болезни, анализы и снимки в клинику Шарите в Берлине — там лучшие врачи по сложным переломам, как у тебя, — кивает на мой гипс. — Говорят, нужно делать операцию. Чем быстрее, тем лучше. У тебя виза есть?
Я ошарашена, не ожидала услышать что-то подобное.
— Ч-что? — переспрашиваю как дура. Хотя все расслышала.
— Шенген, спрашиваю, есть? — повторяет Демид, сверля меня голубыми, как у хаски, глазами.
— Е-есть.
— Вот и отлично. Сейчас чай попьем и в аэропорт. Рейс часов в шесть вечера.
— Что? К-как? — потрясенно спрашиваю я.
— Как? На самолете, естественно. О расходах не парься. Беру на себя.
— С чего вдруг такая щедрость? — спрашиваю подозрительно.
— Диан, ты чего в самом деле? Не чужие же люди. Столько лет соседями были, — отвечает как ни в чем ни бывало. – Считай актом благотворительности.
Это правда – квартира его родителей прямо напротив нашей на лестничной площадке. Так мы с Демидом и познакомились.
Смотрю на него хмуро. Благотворительность. Ага, так я и поверила.
— Если думаешь, что так подкатишь ко мне — зря стараешься! Ни на что не рассчитывай! — заявляю ему.
Он ухмыляется:
— Диан, ты такая самовлюбленная! У меня невеста вообще-то, а ты замужем, не забыла? Так что, закатай губу.
Его ответ задевает.
Не верю я ему. Десять лет мне цветы слал просто так? Из вежливости?
Хотя я тоже слышала, что в Германии лучшие врачи. Но даже не думала об этом варианте. У меня просто нет таких денег.
Но с другой стороны, какая мне разница, почему он это делает: из-за тайной влюбленности, благотворительности или еще чего – да плевать! Это, может быть, мой единственный шанс, чтобы вернуться к нормальной жизни!
– Ну так что? – говорит Демид. – Решай, Диан. Твоя нога и твоя жизнь.