Если предположить, что Костя бы платил алименты, то он бы наверняка обеспечивал лишь сына. Мне пришлось бы снова устроиться на работу. А я не работала уже почти пять лет. Соответственно, опыт, знания – всё в прошлом. Да, есть образование, но и оно было триста лет тому назад.
Сейчас мне казалось, что я вообще уже всё забыла, и ничего не помню. Ну кто бы взял меня такую на работу? И кем?
Но, как ни странно, проблема в денежном вопросе казалась мне более решаемой. Я бы со всем справилась, придумала что-то, решила бы проблему.
Больно и страшно становилось, когда я думала о другом.
Что Костя больше не будет моим мужем. Я не буду с ним засыпать и просыпаться. Не услышу от него «Я тебя люблю». Не поцелую, не обниму. Не прижмусь крепко-крепко. Не будет кого-то, с кем я всегда буду чувствовать себя защищенно.
Зато я буду видеть со стороны, как он с моей лучшей подругой. И это будет разрывать мне сердце. Когда я буду думать, что всё, что он говорил и делал для меня, он будет делать для неё.
Мне хотелось сжаться до размера невидимой точки, когда думала о том, как придётся сказать о разводе родителям, Грише. Что сыну нужно будет расти без отца. А ему было сейчас двенадцать. Самый расцвет переходного возраста, когда так нужна мужская рука и плечо рядом для воспитания настоящего мужчины.
Сама не заметила, как заснула. За всеми этими мыслями забылась тревожным сном.
Проснулась ночью от жажды. Вспотела, словно у меня была температура, постель и ночная рубашка были влажными. Волосы прилипли к коже.
За окном темень, через шторы блэкаут ничего не видно. На ощупь взяла с прикроватной тумбочки стакан с водой, и начала пить мелкими глотками.
Только когда поставила стакан на место, поняла, что проснулась, похоже, не от желания пить. Я точно слышала, как в коридоре кто-то ходил.
Из-за того, что в квартире были только мы вдвоём с сыном, сразу напряглась. Страх начал колючими щупальцами ползти по коже, и она покрылась мурашками.
Шаги. Тяжелые, словно мужские.
Сглотнув вязкую слюну, взяла в руки стеклянный стакан, хоть какое-то оружие, и медленно, стараясь не издавать ни звука, пошла к двери. Шла наощупь, в комнате не было никаких источников света. Я любила спать в полной темноте.
Чуть приоткрыв дверь, начала щуриться от света, который ударил в глаза. Со стороны гостиной доносились шорохи, и я пошла туда.
Может, Грише ночью не спалось, и он решил посмотреть телевизор? Хотя, с понимала, что это было бы супер странно. Он скорее остался бы у себя в комнате, как обычно со своим телефоном в руках, который просто не выпускал.
Приготовилась уже к самому худшему, когда выглядывала из-за стены, но…
Обнаружила Костю, улегшегося на диване. Телевизор был включен, и на нём проигрывалась наша свадьба. С чего он вдруг решил её посмотреть?
Облегчение разлилось по всему моему телу. И от того, что в доме не было незнакомцев, и от того, что Костя вернулся.
- Ты меня напугал. Я проснулась, и услышала, что кто-то ходит. Подумала, в дом кто-то забрался.
На начале моей фразы Костя и сам вздрогнул, а потом, повернувшись, и увидев меня, прислонил руку к груди, и с выдохом опустился на диван.
- Ну, супер. Я напугал тебя, а ты меня сейчас чуть до сердечного приступа не довела.
- Почему ты вернулся? Сколько времени?
- Почти три утра. – Выдал Костя, и поставил видео на телевизоре на паузу. – Вернулся, потому что не мог спать без тебя. Всё гонял в голове, как мы поругались. Это неправильно, Поль. Мы не должны обвинять друг друга, подозревать в чём-то, и ругаться так не должны. Мы же семья…
13 глава
Эмоции прошлого дня уже улеглись, и не были такими острыми.
Я подошла тоже к дивану, и, поставив пустой стакан на журнальный столик, села рядом с мужем.