- Не спрыгивай с темы, Костя. Позволь уточнить, это от чего ты так устал у нас дома, что тебе вдруг понадобился отдых?
Он снова вздохнул, засунув тарелку с едой в микроволновку, и выставив время разогрева. Развернулся, и просканировал меня взглядом.
- От всего, Поля. Я работаю, как проклятый, целыми днями. А потом прихожу домой, а тут ты со своим: «расскажи, что сегодня делал», «представляешь, у Гриши опять тройка по русскому», «Гринёвы в отпуск снова ездили»… Я просто хотел хоть немного тишины.
- Так почему было просто не сказать, чтобы я не разговаривала с тобой после работы, не приставала с разговорами, которые, оказывается, так тебя раздражают. Я же не экстрасенс, чтобы это понимать.
- Да вот поэтому. – Громче сказал Костя. – Потому что ты на всё вот так реагируешь. Всегда в штыки. Я бы тебе сказал, и стало только хуже. Кроме всего прочего, я был бы обязан терпеть твоё недовольное лицо, из-за того, что я, оказывается, тоже человек, и тоже хочу иногда просто отдохнуть и побыть в тишине после рабочего дня.
- Отлично. Я поняла. Что ещё тебя раздражает? Раз уж начали этот разговор, давай, говори всё, как есть.
Микроволновая печь издала сигнал о том, что время вышло, и Костя, отвернувшись от меня, достал оттуда тарелку, и сел за стол.
- Поль, ну, хватит. Нам лучше закончить разговор здесь и сейчас.
Я села напротив мужа, сложив руки в замок.
- Ни черта не хватит. Говори. Что ещё? Может, тебя раздражает, что я, или твой сын, находятся в квартире в момент, когда ты хочешь отдыха? Или я дышу ещё как-нибудь неправильно? А, может, мне вообще с тобой лишний раз не пересекаться и не разговаривать? Спать уходить в другую комнату, чтобы не раздражать тебя своей персоной.
- Хватит! – Заорал Костя, стукнув кулаком по столу. От его удара, из тарелки вылетело несколько капель пюре на стол.
Я замолчала, пораженная злостью мужа. Не ожидала от него такой реакции.
Слёзы начали подкатывать к глазам почти моментально. Ком уже встал в горле, и я, стараясь сохранить лицо, встала, и, развернувшись, вышла из кухни, оставив мужа одного.
Ушла в спальню, не забыв предварительно прикрыть дверь, и разрыдалась с новой силой. Обидно было до жути. Просто обидно, горько, сжимало где-то чуть ниже центра грудины.
Я отошла к окну, встав к нему лицом, но закрыв лицо ладонями.
Как это произошло? Когда? Когда мой муж успел устать от своей семьи?
Несколько громких и рваных всхлипов вырвались из меня, заставляя жалеть себя ещё больше, и только усиливать плач.
Я слышала, что дверь за моей спиной открылась, но в комнату, кажется, никто не заходил.
- Поль, ну ладно, перестань. Извини. Я не должен был срываться. – Тихим голос произнёс Костя. Я не повернулась к нему, но замерла.
- Я, когда увидела новости про самолёт, я серьезно подумала, что не смогу дальше жить. Не смогу, если тебя не будет. У меня Земля перестала вращаться. А ты, оказывается, решил отдохнуть от своей семьи, потому что я спрашиваю тебя о том, как у тебя день прошёл, и гружу проблемами сына…
- Когда ты вот так это выворачиваешь, действительно кажется, будто бы я какой-то бесчувственный чурбан. Но это не так. Просто иногда я очень сильно устаю, как вот сейчас. И мне хочется чуть больше личного пространства. Но я не знаю, как об этом сказать так, чтобы ты не обиделась.
- Может и мне хотелось бы личного пространства? Но я же живу как-то…
- Так в чём проблема, давай организуем тебе отпуск куда-нибудь. Одной, или, хочешь, можешь взять с собой кого-то.
Я обернулась, столкнувшись с Костей взглядами. Он говорил серьезно. И правда не понимал, почему мне обидно было слышать от него подобные слова, что ему хотелось отдохнуть от нас с Гришей.
- Мне надо на работу ехать. Меня уже ждут.
- Так езжай. Я так понимаю, вечером тебя ждать не стоит? Ты в гостиницу?
- Куда уж я сейчас денусь. –Поджал губы Костя. – Домой вернусь.
- А что так? Вдруг я тут к тебе опять со своей любовью и вопросами полезу.
- Переставай Полин. – Костя подошёл ко мне почти вплотную. – Ты уже перегибаешь палку.