— Она же была в Америке, — бормочу себе под нос
И почему Артем не сказал мне, что она вернулась? Или кто я такая, чтобы знать, да?
— Так, стоп. Ничего криминального не случилось. Они просто разговаривают, — как дурочка убеждаю себя.
— Вот именно, — поддакивает Геля.
— это может быть просто дружеской встречей.
— да.
Набираю номер мужа и слушаю гудки.
Артем достает телефон из кармана пиджака, скидывает вызов и продолжает улыбаться другой женщине, а потом и вовсе кладет свою руку поверх ее.
— вот мудак! — шепчет Геля.
Втягиваю носом воздух.
Только не реветь! Только не реветь!
Не могу отвести взгляд от парочки и смотрю, как Артем поднимает ее руку, целует запястье, а потом и вовсе притягивает к себе и целует в губы. Нежно и трепетно, так, как целовал меня когда-то.
Подскакиваю со своего места. Стул противно скрипит по полу, естественно, привлекая внимание всех, в том числе и Тёмы.
— Катя? — смотрит шокированно, явно не ожидал увидеть меня тут.
Я же сгребаю свои вещи и технику и вылетаю на улицу.
— Катя! — орет муж;
— Оплатите счет! --вопит официант.
Под недоумевающими взглядами всех присутствующих я прыгаю в первое же такси и уезжаю, давясь слезами.
2.
Катя
Бродить по городу с аппаратурой — то еще удовольствие. Но домой я ни за что не хочу идти, а больше особо и некуда.
Можно, конечно, к Геле, но я не хочу сейчас лишних глаз и ушей. Наверняка последуют вопросы, на которые у меня нет ответа, а придумывать небылицы нет желания.
Мой муж целовал другую женщину. Точка. Какие уж тут оправдания могут быть?
Считается ли поцелуй изменой?
Да? Нет? Может быть?
Секса же не было.
Или уже был?
Аррр!
Я хватаюсь за волосы и оседаю на лавочку. Голова гудит, в ушах звон, в висках пульсирует такая боль, что я не чувствую все остальное тело, оно будто атрофировалось.
Внутри все болит. Сильно.
Считается ли изменой поцелуй?
Не знаю, как насчет измены, но это предательство — точно. Во всей его красе.
Классика жанра, мать его. Мне рассказывал о том, как много у него дел, а сам прекрасно проводил время с другой. Да не просто с другой! Первая любовь, женщина, с которой есть общая история, покрытая тайной.
Тыльной стороной ладони смахиваю слезы. Рукав куртки уже в некрасивых пятнах от косметики, которую я стираю вместе со слезами.
Вот, даже тут. Я не умею красиво страдать.
А Диана наверняка промакивает слезы шелковым платком со своими инициалами Д. Ш.
— Диана Шалимова.
Если мы разведемся и она выйдет замуж за Артема, ей даже не придется переделывать вышивку, так как фамилию она сменит на Швецова. Удобно, что сказать.
Мысли мои глупые и вообще не к месту, но как думать о чем-то ином, когда меня бессердечно предали?
Я достаю телефон из кармана куртки, чтобы проверить время, но запоздало вспоминаю, что выключила его.
Начинает темнеть, да и я уже как ледышка. Сидеть зимой на лавочке в парке то еще приключение, нечего и говорить. одета-то я тепло, но ни одна городская одежда не спасет от холода, если находишься на улице четыре часа кряду.
Собираю рюкзак с аппаратурой, беру сумку, взваливаю все это на плечо и иду в сторону автобусной остановки.
Обычно я предпочитаю передвигаться на такси, потому что техника не самая легкая, но не сегодня.
Сажусь в первый подъехавший автобус и устраиваюсь в самый конце, в дальнем углу.
Куда он идет? Понятия не имею.
Домой я пока не готова идти, а тут тепло.
Да уж, Катерина, теперь ты точно напоминаешь дворняжну. Катаешься в общественном транспорте, чтобы погреться.
Хватает меня ненадолго. Где-то через полчаса меня одолевает злость на саму себя.
Бесхребетная! Слабачка!
Эти побеги ни к чему не приведут. От правды не убежишь.
В центре города я выхожу и окольными путями бреду домой
У подъезда замираю: свет в нашей квартире включен, значит, Артем уже пришел.
Тяжело вздыхаю и прохожу в подъезд. Охранник встречает меня дежурным кивком, и я захожу в лифт. Сердцебиение разгоняется до максимума. До того, что не могу вдохнуть кислород. В груди щемит, но назад пути нет.
Дверь оказывается открыта. все-таки меня ждали.
Едва я захожу внутрь, как в коридоре появляется Артем.
— Ну и где ты была? Что за детский сад, Катя? Телефон вырубила, к чему это?
Подходит ко мне и принимается стягивать куртку, сапоги. Смотрит на меня недовольно:
— Ледяная! Катерина, совсем с ума сошла!
— Да отстань ты от меня! — вырываюсь из его рук.
Рюкзак падает на пол, внутри что-то звякает. Вся техника в чехлах, но лучше все таки поберечь ее.
— Там фотоаппарат? — Артем прослеживает мой взгляд.