Проскальзываю мимо него к выходу из ванной. Он пытается догнать, поговорить, но я ссылаюсь на плохое самочувствие.
Не хочу я больше ни о чем говорить! Знаю, все, что он скажет.
На следующее утро прошу Мирона самому отвести Алешу в садик. Как только они выходят за дверь, мы с мамой начинаем действовать.
Собираем вещи, все самое необходимое. Достаю все документы и все наличные из сейфа. Еще попробую снять максимальную сумму с карты, когда заберу Алешу из садика, по пути в новую квартиру.
Отключаю отслеживание локации на телефоне. Не хочу, чтобы Мирон смог нас найти и знал, где мы будем жить. Если будем встречаться – то на нейтральной территории.
Мы почти у дверей, буквально собираемся выходить, как мой мобильник начинает вибрировать в кармане. Смотрю на экран – Светка.
Что еще ей нужно? Она уже разрушила мою жизнь, а теперь... теперь названивает? Секунду колеблюсь. Можно бы и проигнорировать, не отвечать, но что-то в груди подсказывает, что стоит взять трубку.
– Лера, – голос Светки дрожит, совсем не тот, что обычно. – Прости меня. Я не могу больше молчать. Нам нужно поговорить.
Глава 16
Что-то в Светкином тоне заставляет меня остановиться. Что же она собралась мне сказать? Неужели, наконец, во всем признается?
– Ну, приезжай, – отвечаю ей коротко и вешаю трубку.
Мама оборачивается на меня, видит замешательство на моем лице.
– Поезжай без меня. Разберись, пожалуйста, с риэлтором. А я приеду чуть позже. Хочу разобраться с этим.
Мама вздыхает, но кивает, не задавая лишних вопросов. Остаюсь одна в опустевшей квартире. Мысли хаотично носятся в голове, выстраивая различные сценарии разговора.
О чем она хочет поговорить? Признается, что спит с Мироном? Что она беременна от него? Каждая новая мысль пронзает меня как иголка. Не могу даже усидеть на месте, переживаю с каждой минутой все больше. И сколько не напоминаю себе, что вредно нервничать, ничего не могу с собой поделать. Мечусь по квартире в ожидании финального удара.
Звонок в домофон. Рука дрожит, когда нажимаю на кнопку разблокировки двери. Стою словно на краю пропасти. Жду. Не знаю, смогу ли вообще услышать, что она скажет, сердце громыхает в ушах как барабан.
Проходит пара минут, Светка, стоит на пороге. Глаза красные, лицо измученное. Выглядит подавленно и виновато, словно боится, что я сейчас на нее наброшусь.
– Заходи, – голос вырывается сухим, почти бесцветным. Будто это и не я говорю. У меня странное ощущение, что я будто наблюдаю за всем со стороны.
Светка нерешительно входит, переминаясь с ноги на ногу. Молча проходим в гостиную, но не спешим садиться. Стоим напротив друг друга. Плотная тишина повисла между нами. Трудно дышать, будто накрыло тяжелым одеялом, и обе задыхаемся под ним.
– Откуда ты узнала? – начинает говорить первой. Выглядит испуганно.
Меня ее вопрос мгновенно выводит из себя.
– Это все, что тебя интересует? – мой голос резко поднимается на несколько тонов, становится жарко. – Не “извини”, ни “ я дерьмово поступила”, а “откуда ты узнала”?!
Она напрягается, словно не понимает, как начать. Ее молчание бесит еще больше.
– Что ты молчишь?! Приперлась, так говори! Я видела вашу переписку. И фотки, что ты ему шлешь, и как уговариваешь бросить меня!
Вцепляюсь в мягкую спинку кресла, вонзаясь пальцами так, что белеют костяшки. Смотрю на подругу, не отрывая взгляда.
Она сжимает губы, глаза наполняются слезами, и ее вдруг прорывает.
– Прости меня, Лер. Ты все не так поняла, – хрюкает она носом, вытирая катящиеся градом слезы. – Да, я изменила Ване. Ребенок не от него. Но, клянусь, это не Мирон.
Смотрю на нее, не моргая, недоуменно. Пытаюсь понять, правду говорит или нет.
– Врешь, змеюка! – выдавливаю сквозь сжатые зубы. – Я нашла у Мирона телефон с вашей перепиской.
– Что? – она удивленно вскидывает брови. – Какой телефон? О чем ты?
Еще одна лгунья. Имеет совесть заявиться в мой дом и врать мне в глаза!
– Ах не понимаешь, – шиплю я, отпуская спинку кресла и наступая на падлюку. Может хоть так начнет правду говорить. – Сейчас я тебе объясню, дрянь паршивая, как с моим мужем спать!
Светка пятится назад, испуганно мотает головой:
– Лерочка, ты что, клянусь, я бы никогда! Я могу показать тебе нашу с Димой переписку. Он работает в центре Бакулева, там же, где и твой Мирон. Но, клянусь, это не Мирон!
Ее слова обрушиваются на меня градом. Моргаю, переваривая. Светка продолжает оправдываться: