Могли говорить часами, поддерживали друг друга во всем. Я пробовала начать свое дело, создавала авторские украшения. Мирон был на моей стороне. Тоже всегда говорил, что я талантливая.
У нас был просто нереальный секс. Чувственный, горячий. Никогда не могли насытиться друг другом.
Куда все это ушло?...
Вспоминаю его сегодняшние чмоки, и тошно становится. Все? Страсть прошла, завяли помидоры? Я теперь – мамка. А для горячего секса есть “кошечка”!
Внезапно слышу на кухне трель айфона мужа. Отвечает на звонок. Кто звонит ему так поздно?
Приподнимаюсь на подушке, чтобы лучше слышать разговор, но ничего не могу разобрать. Через минуту Мирон заходит в спальню, шагает в гардеробную и начинает одеваться.
– Ты куда? – спрашиваю, растерянно сажусь на кровати.
– На работу. Срочный пациент, – отвечает, быстро надевая и застегивая брюки.
– Ты же только что домой вернулся. Других врачей у вас там нету? – спрашиваю я с претензией.
Опять заливает? Я, конечно, все понимаю, но есть же дежурные хирурги. Он уже не студентик, чтобы бегать среди ночи.
– Ложись спать. Тебе нужно отдохнуть, – кидает он, даже не глядя на меня.
Натягивает футболку, джемпер и вылетает из спальни. А я сижу, и прямо нутром чую – никакая это не работа.
По спине пробегает холодок.
Вспоминаю, что Светка говорила, что ее Ваня на бэби шауэре, скорее всего, быть не сможет, уезжает в командировку. Он у нее менеджер в фармацевтической компании. Часто разъезжает по представительствам.
Подскакиваю. Ну уж нет! Больше я не позволю себя дурачить. Выведу изменщиков на чистую воду!
Только дверь за Мироном хлопает, я тут тоже бросаюсь к шкафу, натягиваю треники и толстовку.
Хорошо, что в преддверии родов, мы уже договорились с соседкой, доброй и бодрой бабулей на пенсии, что она в любой момент сможет присмотреть за Алешенькой.
Хватаю ключи от Вольво, запрыгиваю в кроссовки. Глянув на себя в зеркало, выбегаю на лестничную площадку и звоню в звонок квартиры напротив.
Слышу тяжелые шаги за дверью, как лязгает замок. Открывает дверь и высовывает нос:
– Лерочка? Здравствуй! Что-то случилось? – спрашивает, оглядывая меня с ног до головы.
Из квартиры до меня доносится звук включенного телика. Значит, еще не спала.
– Да нет, теть Маш, все хорошо. Подруга позвонила, у нее там беда приключилась, – сочиняю на ходу. – А Мирон на работе. Хотела попросить вас присмотреть за Алешей. Он спит, вроде, не должен проснуться до моего возвращения. Но мало ли, – тараторю на одном дыхании.
Сердце часто колотится. Переживаю, что муж уедет, и я упущу его.
– Да, конечно, дорогая, – отвечает тетя Маша, немного удивленно. Открывает рот, чтобы что-то меня спросить, но я сую ей ключи:
– Спасибо, скоро вернусь, – и бегу к лифту, натягивая на голову капюшон.
Перед тем, как выбежать из подъезда, выглядываю в окно подъезда. У красного BMW Мирона загораются фары, трогается с места.
Как только муж отъезжает от парковочного места, выхожу из подъезда и крадусь к своему Вольво. Прыгаю на водительское сиденье, чувствуя себя, как в настоящем шпионском романе.
Теперь посмотрим, как вы будете выкручиваться, лживые голубки!
Глава 6
Лечу по Мичуринскому за красным внедорожником Мирона. Еду, вцепившись в руль. Голову вжала в плечи, словно мое пресследование вот-вот раскроют. Держусь на приличном расстоянии. Надо еще, блин, постараться, чтобы не заметил.
К счастью, за красной тачкой Мирона очень удобно следить. А вот меня очень спасает неприметный автомобиль, сливающийся с серо-черным потоком машин.
Но, все равно, сердце бешенно колотится, мысли скачут.
В красках представляю, как все будет. Вот Мирон подъезжает к Светкиному дому, паркуется. Несется к этой шалаве на третий этаж. Я лучше подожду немного, чтобы застукать этих кроликов на самом горяченьком. Чтобы теперь уж точно не смогли отвертеться.
Представляю, как Светка набрасывается на моего Мирона прямо с порога в том прозрачном белье с фото:
– Твоя кошечка так тебя ждала. Возьми меня прямо здесь! – томно дышит ему в лицо.
Все это вижу так ясно, что ком в горле встает. Сейчас наизнанку вывернет. Глаза застилают слезы.
Да я на куски ее порву, эту стерву проклятую! С такими подругами и врагов не надо!
А Мирон… да после такого, пусть даже не мечтает увидеть снова меня и наших детей! Вернусь в Питер. И забудем его. Когда дочка родится, скажу, что ее отец погиб до ее рождения. Этот мерзавец даже ноготочка с мизинчика наших детей не стоит!