— Дима…
Единственное, что я могу выдать, пока наблюдаю, как с особым рвением меня предают.
— Ульяна?! Какого черта! — прикрывает свое причинное место, и оглядывается.
Позади него вижу брюнетку, довольно молодую и, как бы то ни было аппетитную. Качаю головой, испытывая горчащее разочарование, унижение и стыд.
Даже не хватает сил переварить в себе эти эмоции.
— Убирайся…— шепчу, невидяще пятясь назад, и пытаясь расслабить ворот блузки.
— Мы должны спокойно обсудить сложившуюся ситуацию, и найти компромисс, – небрежно заявляет он мне в спину.
От такой наглости останавливаюсь, а глаза лезут на лоб.
— Что? — даже ком в горле растворяется от этой дикости: — Я сказала, выметайся из этого дома и из нашей жизни…
Именно в эту минуту мощной волной накатывает злость. Такая беспощадная, чтобы можно было дать ответ его безнравственному поступку.
— И убери за собой, — цежу сквозь зубы, указывая на малолетку за его спиной.
А сама стремительными шагами двигаюсь в сторону общей ванной. Запираюсь там изнутри, и прислоняюсь к двери.
Все мои надежды и мечты рухнули, звонко и больно. Идеальный брак, и счастливая семья, которую я видела, оказалась лишь иллюзией, созданной этим человеком.
Людям свойственно убеждать себя видеть то, что они желают. Однако, как правило, это хотя бы на пятьдесят процентов соответствует реальности. Но у меня… У меня отобрали мою жизнь, причем отобрал тот, кого я так любила, с кем была в горе и радости, кого обещала любить вопреки всему и несмотря ни на что.
Дорогие читатели!
Приветствую вас в новой непростой истории! Буду безмерно благодарна вам за поддержку ⭐, это поможет продвижению книги❤️
Глава 2
Дав себе десять минут, я наглухо закрываю сейчас возможность проявлять эмоции. Внутри пусть и творится безумие этого урагана предательства, а боль пытается заставить сделать выбор в пользу жалости к себе.
Но я не позволю.
Я сделала все возможное для нашей семьи. Когда его родители считали меня за недостойную, я это выстояла. Когда у него были неудачи, я преданно держала его за руку. Когда он был зол, я стояла рядом и поддерживала.
Так почему… Почему, черт возьми? Чего не хватало?
Перед зеркалом в ванной, рассматривая себя в отражении, я пытаюсь найти хотя бы один весомый довод, но не получается.
Нет ни единой возможности оправдать то, как низко, и как подло, он уничтожил нашу семью. Уничтожил меня, обещая любить. Ведь еще вчера он шептал мне, что я для него все. А сегодня…
Вытираю слезы, и глубоко вздохнув, я выхожу из ванной. Намеренно даю себе минуту, и подняв подбородок вновь иду в спальню.
Радует, что они уже одеты, однако, они все еще тут.
— Чемоданы в гардеробной, — прохожу в спальню, цепляя невозмутимое лицо.
Медленно снимаю часы и освобождаю пальцы от колец. Делаю настолько беспечный вид, насколько возможно.
Сейчас, мне отчаянно хочется, чтобы ему было также больно, как мне. А если он считает, что мы будем способны договориться, одно это только слово вызывает смех, он крайне сильно заблуждается.
— Ульяна, — слышу как подходит сзади, и оборачиваюсь, складывая руки на груди: — Я вернусь через час и мы все обсудим.
Сзади дамочка, что стоит в виде, будто он только что подцепил ее на трассе, давит из себя натужную улыбку. А я, действительно, ошарашенно вожу по ним обоим глазами.
— По-моему, я озвучила тебе все, что было необходимо, — наконец, ровным тоном отвечаю: — Убирайся из этого дома.
— Это наш дом. — цедит он в ответ, шагая ближе.
— Да, он им был, пока ты не решил, что сюда можно тащить… — замолкаю делая глубокий вдох: — Очисти это помещение, пожалуйста, от себя и своей дряни.
Отворачиваюсь, но знаю, что он еще стоит сзади. Не слышу шагов, а когда наконец, дверь в спальню захлопывается, стремительно иду в гардеробную и скидываю его одежду.
Рубашки, брюки, трусы, ремни, носки. Все, что вижу, пихаю в чемодан, и так и не захлопнув его до конца, везу по коридору к двери.
Да, наверное, это неразумный поступок преданной женщины. Даже инфантильный, но мне плевать. Я не хочу, чтобы даже дух этой скотины находился в доме, который я с любовью создавала.
Ставлю за дверь, захлопывая ее и закрывая на замок, а сама прислоняюсь к ней спиной.
Все еще ярко чувствую ту лавину, что тщательно удерживаю внутри себя. А затем, достаю телефон, сообщить няне, чтобы дочь привезли сразу домой, без занятий.