Склоняюсь ниже, приближаясь к ее лицу, не давай шанса опомниться или вырваться:
– Долго собиралась меня избегать, дорогая?
Глава 11
Злата
– Да ты издеваешься? Леш, ну правее! – Марина раздраженно машет рукой в сторону стены. – Нет, теперь левее!
Пока Маринка командует монтажниками, которые уже в третий раз перевешивают одну и ту же картину, я на планшете проверяю список экспонатов, сравниваю номера с накладными.
Так, кажется, одна из картин еще не прибыла. Беру телефон, чтобы набрать транспортную компанию, но Маринка отвлекает:
– Злат, глянь, сейчас ровно?
Поднимаю голову, прищуриваюсь. Сравниваю края картины и линию потолка.
– Да, сейчас нормально, – отвечаю и шагаю из зала, в поисках тихого места для звонка.
Снова не успеваю набрать номер. Телефон в руке вибрирует. Опускаю взгляд на экран. Секунда – и мир будто схлопывается.
Ян.
Дисплей светится холодным светом: “Любимый”.
Как и все предыдущие разы, просто смотрю на экран. Жду, пока звонок закончится.
Прошла уже почти неделя. Шесть дней без него. Но кажется – вечность. Я все еще просыпаюсь среди ночи и ищу его рядом в постели, чтобы прижаться, согреться. Но его нет.
Только звонки от него упорно напоминают, что наш брак не был игрой воображения. Что Ян Асадов существует и где-то рядом. Его звонки – как вспышки, от которых и больно, и в то же время легче.
Наверное, поэтому я до сих пор не заблокировала его номер.
Звонок прекращается, экран гаснет, превращаясь в пустоту. Пытаюсь вспомнить, что собиралась сделать до.
– Злат! Ну куда делась? – раздается из зала голос Марины, ее торопливые шаги, и через секунду кудрявая голова заглядывает в комнату. – Идешь на обед?
Только тогда понимаю, что я уже минут десять стою с трубкой, глядя в никуда.
– Да-да, минутку, – растерянно суечусь, убираю локон за ухо. – Только в туалет загляну. Я догоню вас!
Шагаю в уборную, тряся кистями, пытаясь сбросить груз сковавший плечи. Открываю кран с водой, мылю руки. Долго, тщательно. Смываю пену медленно, наблюдая, как капли стекают по запястьям.
Я же все сделала правильно. Я не взяла трубку. Не ответила.
Господи. От чего так тошно?
Хватаюсь за раковину. Сердце глухо стучит в груди. Трясу головой.
Думаю о мобильнике. Он лежит в сумке. Тяжелый как камень.
Дышу глубже. Считаю до трех. Раз. Два. Три.
А потом, словно кто-то мной управляет, достаю его из сумки и нажимаю на дозвон последнему входящему.
Подношу телефон к уху. Я должна сбросить вызов! Я не должна этого делать!
Но я стою и продолжаю слушать медленные гудки.
Просто хочу услышать его голос. В последний раз.
Звонок соединяется, но в трубке – молчание. Я знаю – он там.
Хотела бросить трубку сразу же, как услышу его голос. Но он ждет, чтобы я первая заговорила.
Собираю всю волю в кулак.
– Не звони больше. И не ищи меня, – выдаю я чужим голосом.
Бросаю трубку прежде, чем он успеет ответить, или мой голос задрожит и сорвется. Внутри все разрывается на куски, будто кинули гранату.
Медленно сползаю на пол, прижимаясь лбом к ледяным плиткам. Это похоже на ад. Эти приступы – когда боль хлещет со всей силы, разбивает на части, а потом вдруг уходит, оставляя меня абсолютно пустой.
В остальное время я почти ничего не чувствую. Словно живу во сне. И только иногда, как сейчас, плотина рушится, и вся боль мира обрушивается на меня сразу, будто желая сломать.
Вдох. Выдох. Скольжу взглядом по периметру, цепляюсь за детали. Это должно помочь.
– Зеркало. Мыльница. Полотенце, – перечисляю шепотом. – Ваза. Цветок. Корзина…
Бросаю взгляд по сторонам, стараясь зацепиться за что-то конкретное, зафиксироваться в реальности.
– Дозатор мыла. Дверца кабинки. Плитка. Выключатель. Вешалка.
Этому приему меня научили. Леди ведь должны уметь справляться с эмоциями. И когда тебе кажется, что ты не справляешься, начинай называть все, что видишь. До тех пор, пока “пик” не пройдет, и ты снова не обретешь контроль.
– Сушилка. Держатель для бумаги.
Выравниваю дыхание, продолжая смотреть на простые вещи. Ловлю бледное отражение в зеркале.
– Злата, которая должна взять себя в руки.
Сердце все еще бешенно стучит, но я хотя бы снова контролирую дыхание. Медленно, осторожно поднимаюсь, проверяя, держат ли ноги.
– Я в порядке, – говорю самой себе в зеркало. – В порядке.
Лицо бледное, губы сжаты в тонкую линию. В глаза боюсь даже заглядывать.
Кидаю телефон в сумку, расправляю плечи и выхожу.
Ресторан всего в нескольких шагах, но меня все равно довозят. Выхожу из машины, стараясь не обращать внимание на моих охранников. Вдыхаю прохладный воздух, поправляю волосы. Когда захожу в ресторан, сразу натягиваю беззаботную улыбку.