Глава 5
Злата
– Злата, открой дверь! – повторяет Ян, и в его голосе звучит что-то, от чего перехватывает дыхание.
Смотрю на него сквозь стекло. Ненавижу себя за это, но даже сейчас, после всего увиденного дома, сердце предательски сжимается.
Это же Ян. Тот самый Ян, с которым я собиралась провести всю жизнь… Стоит полуголый на морозе, волосы взъерошены… и все равно идеальный. Есть в нем эта проклятая магнетическая сила, от которой у меня подкашиваются коленки, и перехватывает дыхание.
Крепче стискиваю руль. Головой думай, Злата, головой!
Дать по газам и просто умчаться? Но меня остановил ДПСник. Технически это будет правонарушение, неповиновение представителю власти.
А если просто набрать отца? Уверена, он одним звонком разрулит ситуацию.
И Ян исчезнет с моего горизонта навсегда…
Или…
Или выслушать его прямо сейчас.
Мысль пробирается сквозь стену обиды и злости, как тонкий лучик света. И я ненавижу этот лучик. Ненавижу себя за это.
Ян прищуривается. Его темный силуэт заслоняет мне солнце. Он стоит не двигаясь, но это не спокойствие. Он как хищник перед прыжком. В любой момент может сделать что-то непредсказуемое, отчего я вся напрягаюсь.
– Злата, нам нужно поговорить, – настойчиво произносит он. – Выслушай. Меня подставили.
У него всегда был этот дар – не просить, а требовать. Властно, уверенно. И я всегда подчинялась. Всегда верила. Но только не сейчас…
– Подставили? – усмехаюсь с горечью. – Это что, какая-то шутка?
Его лицо темнеет, желваки ходят по скулам. Ян выпрямляется, смотрит на меня сверху вниз. Карие глаза глядят прямо в душу.
– Мы не будем разговаривать через стекло, – отрезает он. – Открой. Дверь.
Кусаю губу, зажмуриваюсь, будто перед прыжком с обрыва.
Черт с ним!
Сама не понимаю до конца почему, но нажимаю на кнопку разблокировки дверей.
Щелчок.
Ян тут же распахивает дверь и садится на пассажирское сиденье. Салон моментально наполняется его запахом – мята, древесные нотки, что-то неуловимо острое.
Ни намека на приторный ванильный шлейф той блондинки. Часть меня отчаянно хочет верить, что его не касались чужие руки, что он не…
Не могу удержать судорожный всхлип. Пытаюсь собраться, но как же сложно…
– Так значит, тебя подставили? – усмехаюсь сквозь слезы, которые снова предательски текут по щекам. – Ну, расскажи, как же тебя так подставили, что ты оказался с другой женщиной прямо в нашей постели! Да еще и беременной от тебя!
Ян молчит несколько секунд, наблюдая за мной. Его глаза – два темных озера. Никогда не поймешь, что на дне.
– Я отрубился, – наконец, говорит он. – Должно быть, мне что-то подсыпали.
– Где? Как?! – взрываюсь я. – Ты отрубился, а она что, сама к нам домой пришла? Охрану обманула? Мимо камер прошла? Дверь твою навороченную невзламываемую открыла? Ян, ты думаешь, я совсем идиотка?
Он проводит рукой по волосам, и этот жест такой знакомый, что сердце опять сжимается. Сколько раз я сама запускала пальцы в его волосы? Когда он работал, когда занимался со мной любовью, когда мы просто лежали и смотрели фильмы.
– Я не знаю, как все произошло, – его голос звучит жестче. – Последнее, что помню – встреча с Ковалевым. Нам принесли коньяк. Потом… провал. И ты. В дверях нашей спальни.
Врет. Я же слышала слова блондинки. Она с ним разговаривала, когда я вошла. Смотрю на него недоверчиво:
– И ты правда думаешь, что я поверю в такую чушь? Она вела себя, будто вы сто лет знакомы, заявила, что беременна от тебя!
– Она не беременна, – жестко отвечает Ян. – Или… не от меня. В любом случае, этого не может быть. Я докажу.
Его уверенность как наркотик. От нее хочется дышать глубже, перестать плакать, расправить плечи. Хочется верить. Так сильно, что внутри все переворачивается.
А что, если… что, если он говорит правду?
– Как? – тихо спрашиваю, выдыхая вместе с вопросом всю свою боль и отчаяние.
– Не знаю, – отвечает Ян. – Дай мне время. Все, что я прошу – время.
Снова смеюсь, вытирая слезы:
– Да пожалуйста, доказывай. Я тебя не держу! Напомню: это ты за мной гнался!
Ян вдруг берет меня за руку. Его пальцы все еще прохладные от мороза, но от его прикосновения мне становится жарко. Он сжимает мою ладонь с тихой яростью:
– Не рассказывай пока отцу. Если сделаешь это – будет конец. Конец нас.
Фыркаю, пытаюсь вырвать руку, но у меня не получается.
– Если тебе нечего скрывать, Ян, то и бояться нечего! – восклицаю я. – Папа был прав. Ты опасен. Ты использовал меня и всю мою семью!