Кругом снуют люди. А на пороге стоит испуганная Вера с мальчишками.
Глава пятнадцатая
Ночь проходит незаметно, с нас снимают показания, у меня берут отпечатки пальцев, записи со всех камер наблюдения. Марина сидит на стуле и рыдает. Ей оглашают статью, по которой она задерживается пока натрое суток, а там решит суд.
Марина начинает биться в истерике, но ее лихо пакуют в полицейский УАЗ, все мужчины расходятся по машинам и уезжают.
Светает. Небо посветлело, на горизонте появилась розовая полоска, побледнел месяц и звезды стали тусклыми. Одна Венера сияет на небосклоне. На рассвете красиво поет пичужка в кустах. Со стороны леса и озера ветер приносит неповторимый запах, такое можно почувствовать только на рассвете, когда еще летнее солнце не накалило воздух. Трава покрылась росой. В домашних тапочках ногам холодно и сыро.
Я стою на веранде и слушаю тишину. Не заметила, как ко мне подошел Богдан.
- Знаешь, когда ты пришла к нам в первый раз, мы с Рашидом решили, что тебя муж раскатает, отыграется за развод по полной. А вот теперь я понимаю, что мы ошиблись в тебе. Скорее ты его раскатаешь в тонкий лист, истопчешь и порвешь, как Тузик грелку.
Богдан усмехается, в его глазах цвета ночи пляшут искорки.
- С каждым разом ты становишься все сильнее и сильнее, внутри тебе формируется стержень. Когда ты выдернула пистолет из кобуры и выстрелила в воздух, уже тогда я понял, что ты не слабая и беззащитная. Но этот трюк с камерами…
- Я сама не поняла, когда стала сильной, - тихо произношу я, словно боясь спугнуть тишину предрассветного часа.
- Ты ей была всегда, просто до этого момента тебя не нужно было быть сильной, ты могла быть слабой.
- Жаль. Хочу быть слабой. Но если сейчас буду такой, то муж оставит на улице без гроша в кармане, - добавляю я.
Утро проходит в хлопотах.
Приходится срочно звонить тете Даши с Дядей Петей и посылать их на три буквы, больше я в их услугах не нуждаюсь. Звоню в агентство и прошу подыскать мне кандидатку на должность кухарки.
Не выспавшаяся и разбитая, приезжаю на работу. Могла, конечно, забить на все сегодня, но уж очень у нас положение серьезное, чтобы отпустить сейчас ситуацию.
И почти сразу на моем пороге появляется Лев Георгиевич.
- Здравствуйте, Василиса Александровна, - улыбается во всю морду довольный Лев.
- Здравствуйте, Лев, давайте сразу к делу, - холодно бросаю я, и улыбки на его лице как не бывало.
- Ну, что ж, к делу, - бросает он мне и выкладывает документы на стол.
Я листаю талмуды документов, и по моей спине бегут мурашки. Мой недомуж взял взаймы двадцать миллионов долларов. И то, что мы вчера нашли в его тайном сейфе, просто десятая часть от того, что надо отдать.
- Сумма конечно по меркам бизнеса небольшая, - говорит Лев. – Но если не вернуть в срок, то могут на лоскуты порезать, церемониться не станут. Там люди серьезные.
У меня от этих слов холодок по коже пробежал. Я мерзну, несмотря на жаркий июльский день.
- Мы вчера конфисковали два миллиона, осталось найти еще восемнадцать, - тихо говорю я.
- Не забывайте, Василиса Александровна, что мы заплатили еще не за все поставки, нужны еще деньги, там сумма небольшая, всего то шесть миллионов рублей.
Шесть миллионов! Господи, да откуда я возьму все эти деньги. Меня настигает паника, но я держусь, внешне стараясь не проявлять своих истинных чувств.
Лев Георгиевич оставляет мне документы и уходит. А я сижу в своем кабинете просто раздавленная.
Через полчаса в кабинет входит секретарша Настя и оглашает, словно приговор: К вам на прием Свиридов Николай Борисович.
И делает губки уточкой, потому что мимо нее проходит Колька Свиридов.
Он и конкурент моего мужа, и бывший его однокурсник, красавец мужик, ловелас. По нему вздыхают десятки красоток в городе, но он так и не женился. Еще в институте он пытался отбить меня у Стаса. Правда, тогда ему это не удалось, так как мы со Стасом быстро поженились. И он долго припоминал мне это: Васька, ты пожалеешь, что за него вышла замуж.
Вот только на двадцать лет я забыла о его словах.
И, когда он появился в моих дверях, эти слова всплыли у меня в голове.
- Привет, Василиса, - бодро здоровается Коля.
- Привет! – почти шепчу я.
- Слышал, твой совсем в разнос пошёл, - Коля садится в кресло для посетителей. Секретарша уже тут, как тут.
- Вам кофе или чай? – виляет попкой, но Колю этим не удивишь.
- Чай зеленый без сахара, - бросает он, даже не смотря на нее, и повернувшись ко мне продолжает. – У него совсем крыша съехала?