Мне очень стыдно за мое поведение. Зачем вчера зашла в незнакомый бар? Напилась? Просто ужас какой-то.
Но не успеваю я позавтракать, как раздается звонок.
Я беру трубку, и суровый, официальный голос произносит: Василиса Александровна? Вам надо подъехать в следственный комитет города.
Я удивленно смотрю на Богдана.
Но звонок прерывается.
- Опять муж что-то учудил?
Глава семнадцатая
Пришлось заехать домой и переодеться. С удивлением заметила у крыльца свою машин. Ну, надо же! Побеспокоился и отогнал машину домой!
Вот так бы муж обо мне заботился в свое время.
Для поездки в Следственный Комитет выбрала строгий костюм, волосы уложила и заколола. Все ж заведение обязывает. Выхожу из дома, а моя соседка мимо идет, здоровается и как-то странно на меня смотрит, а из-за угла вторая выглядывает. Что это с ними? Взгляды какие-то странные, как будто боятся, но любопытно аж жуть берет.
Богдан стоит возле машины, прислонившись к капоту и что-то пишет. Соседка с одной стороны обежала, завернула за угол, второй раз прошлась. Так и подмывало ее спросить, что она возле моего дома забыла, вроде не кошка, и у меня валерьянкой не намазано.
Наконец мы выезжаем.
Пока едем по пробкам, я успеваю позвонить на работу и предупредить, что задержусь, переговорить с Эдиком о поставке запчастей по тендеру, позвониться в банк.
Мне некогда даже осмыслить все произошедшее со мной вчера, хоть в глубине души у меня плещется страх. Что бы было, если бы Богдан не приехал?
И конечно я переживала за те неудобства, что доставила Богдану.
Наконец мы подъезжаем к зданию Следственного комитета. Строгое строение, на входе охрана. Мне сразу выписывают пропуск, Богдан лишь показывает какое-то удостоверение. Я его не спрашиваю, он просто идет со мной, поддерживая за локоть. И я, чувствуя его поддержку, иду смелее, хотя на душе скребут кошки. Что еще мог выкинуть мой муж?
Вот и кабинет. Входим. Все здесь устроено, как в обычных казенным учреждениях: два стола, стулья для посетителей поставлены так, что этот посетитель чувствовал себя максимально некомфортно. У стены сейф, на столе папки, но положены так, что прочитать ничего не возможно.
Следователь – мужчина лет сорока, высокий и мощный, такой одной левой уложить может. Они с Богданом здороваются и жмут друг другу руки.
А я замираю на стуле, боясь услышать приговор.
И вот он произносится!
- Василиса Александровна, сегодня ночью была убита гражданка Смирнова Марина Павловна, и у нас есть подозрения, что вы причастны к ее убийству, - и у меня от страха колени трястись начинают. – Ее убили ножом, возможно, с вашего набора, в руках у нее зажат кусок ткани, возможно от вашего платья.
- Но сегодня ночью Василиса Александровна точно никого убить не могла, - берет слово Богдан. – Вчера в баре в районе шестнадцати часов ей что-то подсыпали в бокал, я ее нашел в состоянии наркотического опьянения и увез к себе домой, вызвал доктора, он подтвердит. Всю ночь Василиса Александровна провела у меня, квартиру не покидала, можете взять записи с камеры в подъезде.
- Кхмммм, - следователь явно озадачен. – У кого еще был мотив убить гражданку Смирнову?
- У моего мужа, они делали ЭКО в клинике «Эдельвейс», и Марина изображала из себя беременную, хотя беременность у нее закончилась абортом, - блею я, у меня внутренняя дрожь, мозги совсем не соображают. – А где убили Марину?
- На тропинке, что ведет от вашего дома к озеру, - сообщает мне следователь, и от слов мне становится еще хуже. – А когда вы вашего мужа видели последний раз?
- Живого? – спросила и смотрю на реакцию, но на лице следователя невозможно прочесть эмоции.
- Да, живого.
Я в голове прокручиваю календарь, вспоминая, когда мой муж являлся ко мне на порог живым и здоровым. И выдаю дату следователю.
- О чем вы говорили?
- Он просил меня опознать следующий труп, подтвердить, что это он, - у следователя на миг промелькнула эмоция на лице, но так быстро, что я не успела даже понять, что это было.
- Однако, какой у вас интересный муж, - он вдруг расслабился и улыбнулся. – Зачем это ему?
- Видимо, он решил скрыться от кредиторов, у него проблемы в бизнесе…
И мне приходиться рассказать все, что за эти недели узнала я о своем непутевом муже. А так же о краже денег Мариной.
В конце беседы мне дают подписать показания и выдают ордер на обыск. Хоть я не в чем и не виновата, но обыск в моем доме они должны провести.
Мы снова едем в коттеджный поселок. Теперь я понимаю, почему соседки так странно на меня смотрели. Решили, что я убийца.