Сразу накидал несколько идей, не мог похититель на той стороне озера не оставить следов.
- Лодка через десять минут будет, - кивнул ему следователь.
- Слушай, а у твоих экспертов случайно с собой нет бинокля? – спросил Богдан.
- Сейчас пошукаем, - следователь засуетился, ему ой как не хотелось «глухаря», Богдан же слыл отличным следаком с почти сто процентной раскрываемостью, о нем слагали легенды в Следственном.
Бинокль нашелся.
- Чего думаешь? – капитан терся рядом.
- Вот думаю, что тут был либо слабосильный мужик, либо баба. Здоровый мужик легко бы ее унес, а этот волок, значит, силенок не хватало. Возможно, на той стороне тоже следы есть, должна похитителя на той стороне встретить машина. Иначе никак.
- Дельно, пошли, осмотрим берег.
Они вместе осматривали противоположный берег и выбрали три удобных пляжа, куда могла подъехать машина.
Через полчаса показалась лодка рыбнадзора.
А еще через несколько минут они с рыбнадзором объезжали озеро. В трех местах сидели рыбаки, в двух жили в палатках уже три дня. Маловероятно, что похититель бы приблизился к такому месту. Ему явно свидетели были не нужны. На двух пляжах было слишком людно, здесь гуляла молодежь почти до позднего вечера. Высадили двух полицейских , те провели опрос, может кто что видел. Но Богдан сразу почувствовал, что здесь глухо. Внутренняя чуйка никогда не подводила его. И они продолжили поиски.
Пока ездили по окрестностям, капитану пришёл звонок.
- Тут отзвонились сыскари по гостье Обориной, это некая Екатерина Васильевна Звягинцева, снимает квартиру вблизи офиса Обориных. Так вот вчера она до дома доехала, а к себе не поднималась. Видимо, пересела на другое такси и уехала.
- Она как-то связана с похитителем, - Богдан качнул головой. – Не могла Василиса после всех вторжений в ее дом оставить дверь террасы открытой. Я ее учил включать сразу сигнализацию, как вошла в дом. Девка-гостья открыла дверь похитителю.
И тут они увидели съезд к воде, из-за кустов почти незаметный, прикрытый со стороны противоположного берега кустами и камышами.
Причалив к берегу, они натолкнулись на деревянный пирс, с привязанной к нему лодкой. На дне лодки лежал браслет Василисы.
- Капитан, гони сюда экспертов, - прорычал Богдан.
И пока тот связывался с экспертами, что были на другом берегу, Богдан, как был в ботинках, так и прыгнул в воду. Осторожно выйдя на берег, чтобы не повредить следы, он прошел по траве, разглядывая следы волочения и протекторы шин.
- Капитан, тут протекторы, пусть снимут отпечатки, - крикнул он следоку, а сам пошел рядом со следом. След уходил вглубь леса, а затем выныривал из него рядом с небольшим поселком.
- Что это за поселок? – спросил он следователя, что топая и пыхтя, бежал за ним.
- Так Малая Слюдянка, частный сектор, почти пять тысяч домов, - с тоской в голосе ответил следователь. – По дворовой обход делать придется.
- Погоди, лучше поспрашивай у главы поселка, кто сдает дома в аренду на лето.
- Думаешь?
- Где-то здесь возможно жил Станислав Оборин, возможно, похититель как-то с ним связан.
- Почему ты пришёл к такому выводу?
- Если бы просто хотели устранить Обориных, то ее бы убили, зачем городить весь огород. Все связано с наследством.
- С чего ты решил?
- Василиса рассказывала, что последнее время к ней приезжали его любовницы с требованием денег.
- Майор Киреев ведет дело по убийству Оборина, он говорил, что там огромные долги, долги больше, чем денег он оставил.
- Ну, Оборин мог своим любовницам втирать в мозги, что он очень богат, тем более он сумел увести часть денег на счета на Кипре.
- Вот козлина, бедную жену и из моголы достает.
- Да, уж, козлина мерзкая.
Через пару часов у них был список всех домой, хозяева которых не проживали в поселке и, теоритически, их могли сдавать на лето.
Они уже было хотели послать по домам участковых.
Как вой машин скорой помощи, что пронеслись мимо них к самой отдаленной улице поселка, заставило напрячься.
- Капитан, где машина?
- Дак сейчас будет.
- Слышь, капитан, я туда, как машина подъедет, давай ко мне.
И Богдан заспешил вслед скорым.
Машины пронеслись по пыльной улице, оставляя за собой пыльный след.
И хоть Богдан торопился, но скорые скрылись от него во множестве узких проулков. Он почти бежал, иногда останавливаясь и определяя направление.
Улице на этом конце поселка были извилистые, кривые, словно их отмерял пьяный архитектор. Дома старые, обшарпанные, с покосившимися заборами, заросшими палисадниками.
Куры с недовольным клекотом вылетали из-под его ног. В одном из проулков он чуть было не споткнулся о свинью, что принимала грязевые ванны прямо посередине улице в большой луже. Свинья с недовольным хрюканьем покинула свое ложе, после того, как Богдан от злости пнул ее толстый бок.