— Я ведь уже сказала, с ребёнком все наладится, — раздраженно прыснула она. А потом ее взгляд заскользил по линиям моей руки. Эмоции менялись с такой скоростью, будто она книгу читала. — О, вижу, твоя жизнь только начинается! Учеба, работа, курсы… Ребенка два будет. Этого на ноги поставишь и с любимым нового заведете. Наконец-то долгожданная девочка. Именем матери ее назови — Елизавета — ей приятно будет. Ведь мама твоя ее ангел хранитель.
— Хотите сказать, — злость во мне прогрессировала с каждой секундой, — что я останусь в Владом?!
— А у тебя выбора нет, — повела плечами та. — Он тебе по судьбе. Кто тебя еще так полюбит?
А вот это уже полный абсурд и бред! Резко вскочив с места, я все же вырывала свою руку и указала Тамаре на дверь:
— Простите, но вам пора. Сеанс окончен.
Женщина встала, пожелала мне удачи и испарилась. Так называемая ведьма доверия не вызывала. Поверить в нее могла только такая девушка, как бывшая подруга Вика. И все же я повязала младенцу верёвочку на руку. И себе. Так на душе спокойнее…
Глава 12
— Влад… — меня трясло от напряжения. Я судорожно пыталась узнать вывески за окном. — Куда мы едем?
— Домой, — наконец обмолвился мужчина. — Домой, Алла…
Но паника не прошла, а стала лишь сильнее. Что для Влада есть «дом»? Для нас с ним это два разных места.
На руках сладко спал малыш. Наш маленький мальчик по имени Александр наконец-то подрос, и врачи отпустили нас домой. Никакая операция уже не требовалась. Прижимая ребенка крепко к груди, я нервничала все больше и больше. Знакомая дорога заставляла съёжиться.
— Нет, Влад… — взмолилась я со слезами на глазах. — Только не туда… Прошу…
— Да, Алла, — Влад тиранил меня строгим уверенным взглядом. В мужчине не было и капли сомнений. — Это наш дом. И мы вернемся туда.
Мы проехали знакомое месте, где еще совсем недавно Дэн преграждал собой путь автомобилю, не давая нам с Владом покинуть загородный поселок. Во рту резко пересохло… Проехали участок забора, где я беременная умудрилась через него перебраться… Сейчас это казалось нереальным, жутким сном…
Наконец, автомобиль остановился перед воротами.
— Нет, Влад! — я нервно задергала ручку. — Прошу… Умоляю…
Этот дом был синонимом боли. Там меня держали в заложниках. Не выпускали. Позволяли себе поднимать руку. Унижали. Ни во что не ставили. Я не могла вернуться туда. Не хотела!
— Все будет хорошо, — пообещал Фролов, но его слова растворились в моей панике. Я не могла его слушать. В голове словно заезженной картинкой крутились жуткие кадры пережитого. Наконец, ворота распахнулись. И бывший муж завез нас в этот кромешный ад. — Расслабься, Алла. Доверься мне.
— «Довериться»?! — я нервно рассеялась. — Ровно так же, как доверяла в браке? Не дождёшься!
Влад едва заметно поморщился, но ничего не сказал. Мужские пальцы до хруста сжали руль. Тело стало больше, напряглось.
Я тяжело задышала. Лишь Александр на руках не давал мне раствориться в панической атаке.
— Выходи, — приказал мне Влад, открывая пассажирскую дверь. Я не шевельнулась. — Выходи, Алла!
Он буквально силком вытянул меня на улицу. Приобнял за талию и потащил в дом. Самый страшный кошмар сбывался на глазах!
Я представляла, что там внутри меня ждет Адам Шахин. И Фролов отдаст меня ему, а ребенка заберет себе. Губы дрожали от страха. Ноги не слушались. Реальность казалась сном.
— Ничего не бойся, — шепнул на ухо бывший муж. — Просто смотри и слушай.
Я не понимала, о чем он. Но и не хотела знать. Если бы не ребенок, давно бы вырвалась и убежала. Лишь страх причинить боль младенцу сковывал движения.
Вдруг дворецкий открыл нам дверь. Влад втащил меня в прихожую и… Остановился. В огромном помещение собрались все работники дома.
— Ты собрался снова сделать меня уборщицей? — с изумлением спросила я у мужчины. Но он, казалось, меня не слышал. Смотрел перед собой строго и сосредоточенно.
— Дорогие друзья, у меня родился сын, — громко воскликнул Влад, и тут же посыпались поздравления. Не прошло и минуты, как мужчина вскинул ладонь в воздух и тут же сжал ее в кулак. Все затихли. — Это день должен был быть самым счастливым, но кое-кто испортил веселье. И этот кто-то заслуживает наказание.
На лицах работников дома появилась тревога. Я сама напряглась. Малыш на моих руках сладко сопел и совсем не подозревал о драме, что разворачивалась вокруг.