Я едва не упал на колени, когда увидел её в одном белье. Сдержался из последних сил, чтобы не сорваться и не поцеловать её. Она готовилась не для меня, а для мерзавца, который ей изменяет. Он не заслуживает такую жену. Мне хотелось избить его, когда увидел фотографию той самой девушки. Она оказалась её сестрой. Глеб спал с сестрой своей жены. Я был уверен, что брат пробил дно, но он смог удивить меня.
– Квартиру купили недавно. Удалось выяснить, что с ним приезжали сюда только пять девушек в разное время, – сообщает мне мой помощник.
Глеб приобрел себе свою "берлогу", где развлекается с девушками. Ему мало одной, так решил целый гарем собрать. Султан гребаный.
– Скинь мне адрес.
– Хорошо.
Мой друг сидит на диване и смотрит на меня с ухмылкой на лице. Мы с ним дружили с самого детства. Ему я доверял больше, чем себе.
– Ты уже что-то задумал? – спрашивает меня Дима, заметив моё выражение лица.
– Она не может жить с таким козлом. Пусть лучше узнает правду, чем будет оставаться идиоткой с рогами, – отвечаю я.
Ей будет больно, но это пройдёт со временем. Таня заслуживает знать, что происходит за её спиной. Я знал, что перехожу все границы. И я с радостью перейду эти границы, если это означает сделать эту девушку своей. Я уже все решил, решение укрепилось в моем мозгу, как гранит. Она будет моей. Ни за что не оставлю её с Глебом.
– Измена – это самое сильное предательство. Такое сложно забыть и практически невозможно простить. Для кого-то это становится настоящей болезненной травмой, после которой меняется жизнь, меняется отношение к людям вообще. А тут сразу два близких человека предали. Она получит сразу два удара: от мужа и от родной сестры, – хмыкнул Дима, лениво попивая виски.
– Я разделю с ней любую её боль, но не позволю никому делать из неё дуру.
Самые болезненные удары – это удары от близких. Правильно отметила Цветаева, что «нельзя предать просто знакомого». Предательство совершает только близкий. Но можно ли таких назвать близкими? Я считаю, что нет.
– Я должен заснять это на камеру, – усмехнулся друг. – Влюблённый Астров – уже не хищник.
– Я сам не понимаю, как такое могло произойти со мной, – из горла вырвался смешок.
– Ты уверен, что она захочет быть твоей?
– Она будет моей, даже если придётся перевернуть весь мир. Сейчас она сопротивляется и показывает мне свои зубки, но я над этим буду работать. Таня станет моей женой и матерью моих детей.
– Судя по тому, что ты о ней рассказывал, скорее она тебя этими зубами растерзает и подаст на ужин, – смеётся Дима.
– Пей свой виски и вали уже работать, – буркнул я.
– Потом расскажешь, а то твоя жизнь интереснее, чем сериал, – усмехнулся друг, а я не мог промолчать.
– Гораздо интереснее, когда тебя начинает привлекать няня дочери, – подмигнул я. Дима сразу изменился в лице.
– Я не сломал тебе нос сейчас только потому, что ты мой друг, — поправив пиджак, он вышел.
Оставшись один, я сжимал в руках телефон. Мысли хороводом крутились в голове. Мне нужен подходящий момент, чтобы Таня своими глазами увидела сущность своего мужа и сестры.
Виктор поступает правильно? Пишите своё мнение в комментариях.
Татьяна
Уже несколько дней я живу как на минном поле. Не знаю, в какой момент рванет. Слежу за каждым шагом, словом и взглядом мужа. После того, как я обнаружила волос на рубашке, я начала его подозревать. Хуже всего, что я перестала доверять ему. Моё доверие к нему рассыпалось, словно песчинки, уносимые ветром. Теперь я добралась до точки, где стала подслушивать каждое его слово, застывая в напряженном ожидании, что услышу что-то, что подтвердит мои страхи. Порой мне становится просто тошно от ненависти, которую испытываю к себе в такие моменты. Раньше я так не чувствовала. Я верила своему мужу.
Я пытаюсь остановиться, но не могу. Если один раз случилась трещина в доверии, то невозможно её закрыть. Подозрения душат каждый раз, как слышу звук уведомления на его телефоне. Каждый раз, когда он уходит в ванную, чтобы ответить на звонок. Каждый раз, когда он задерживается на работе. Это сводит с ума, но не могу с ним поговорить. Тогда он начнёт всё отрицать и виноватой окажусь в итоге сама, ведь не доверяю своему любимому человеку.
Вместе с подозрениями приходит ещё и страх. Страх разочароваться в том, кто был рядом со мной так долго, с кем я шла по жизни и делала самые важные шаги. Но как можно избежать этого страха, когда внутри так много вопросов и сомнений? Мысли вращаются в голове, словно хоровод, и я пытаюсь понять, как поступить дальше. Я пыталась скрыть свои чувства и ощущения, но внутри они все равно кипят и преображаются в злобу или грусть. То, что раньше могло казаться незначительным, сейчас превращается в чудовище, которое готово вырваться наружу и съесть меня целиком. Я не могу больше делать вид, что всё в порядке, когда внутри меня штормит.